Книга Родовая нить судьбы. Тайна леди Эвелин. Часть 1, страница 31 – Elen Bergman

Вечером, когда огонь почти догорел в камине, Степан и Эдвард остались вдвоём. Их разговор медленно перешёл от опасностей побега к детям, к будущему, к обетам, которые теперь связывали их семьи.

— Мой сын, Ричард, — сказал Эдварда тихо, — будет знать, что он обязан хранить честь и силу рода.

— А моя дочь, Ирина, — добавил Стеапан, — должна быть сильной и умной, готовой к испытаниям, которые ей предстоят.

Степан взглядом скользнул к Марфе, стоявшей рядом с Мойрой, заботливо обтирающую дочь. Марфа была редкой красавицей: стройная, с плавными изгибами тела, тёмные волосы мягко спадали на плечи, а глаза сияли тёплым светом радости и облегчения. Каждое её движение — лёгкое наклонение, осторожное прикосновение к ребёнку — отзывалось в нём странным притяжением.

Он ощущал, как его сердце то сжимается, то словно расправляется от её присутствия. Едва уловимая искра желания поднимается вместе с нежностью и благодарностью, и Степан понимает: он хочет быть рядом с ней, защищать и оберегать, не позволяя себе нарушить границы уважения. Но взгляд, который он случайно встречает в её сторону, говорит о том же — обоих манит это невысказанное притяжение, скрытое под вуалью заботы и усталости после родов.

— Тогда… — сказал Степан с едва заметной улыбкой, — давай обручим их. Чтобы они были связаны не только судьбой, но и честью.

— Согласен, — кивнул Эдвард. — Пусть их союз будет началом нового пути, без предательства и с верой в себя.

Сын Степана — Ричард, и дочь Эдварда — Ирина, были обручены при свете ламп и мерцании огня. Их руки сомкнулись, глаза встретились, и в доме прозвучало ощущение единства, силы и надежды.

Ветер тихо шевелил деревья за окнами терема, туман медленно рассеивался, а судьба трёх семей — Степана, Эдварда и Мойры — уже начала новый виток, переплетённый символами, обетами и обещаниями, которые должны были сохраняться из поколения в поколение.

Наконец наступил момент, когда Эдвард и Мойра были готовы отправляться в путь. Амулеты, изготовленные златокузнецом из серебра, сияли на их шее, переливаясьзелёным, лазоревым и жёлтым камнем. Символы родов, волк, орёл и мудрая змея, теперь охраняли их судьбу и связывали между собой и будущими поколениями.

— Мы должны двигаться пока день свеж, — сказал Эдвард, проверяя путь на карте. — Дружинники Степана будут сопровождать нас до ближайшей деревни, а дальше… дальше нас встретит отряд хорошего друга и собрата Степана, они проведут нас через земли Тевтонов почти до Лотарингии. Там уже мои люди позаботятся о том, чтобы мы достигли моего дома в безопасности.

Степан кивнул, гордясь решимостью друга и осторожно осознавая, что каждая миля пути — это ещё одна проверка их верности и смелости.

— Берегите себя, — тихо сказал он, — и помните: если что-то угрожает вашей дороге, амулеты помогут вам, а наши руки придут на помощь потомкам, как обет.

Мойра, слегка напрягая плечи, взглянула на Степана с благодарностью и лёгким волнением.

— Я никогда не забуду твою заботу, — сказала она. — И слова, которые ты сказал о судьбах наших семей… я буду хранить их в сердце.

Эдвард положил руку на плечо Мойры, сжимая её пальцы:

— Мы выстоим. И мы доберёмся до дома.

Дружинники Степана аккуратно проводили их к границе деревни, заботливо помогая переносить сумки и припасы. Степан, Марфа и маленький Богдан стояли на крыльце терема, провожая друзей, и каждый шаг вперед казался одновременно лёгким и опасным.