Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 42 – Виктория Кузьмина

Мне нужно было умыться, прийти в себя. Я зашла в туалет, оглушительно чихнув от резкого запаха дезинфектанта. И тут же услышала сдавленные всхлипы. Они доносились из последней кабинки. Дверь была приоткрыта. Я медленно подошла и отодвинула ее.

На крышке унитаза, поджав ноги, сидела девушка. Светловолосая, с легкими кудряшками, совсем маленького роста. Она сидела боком, и ее плечи мелко вздрагивали. Крупные слезы катились по ее щекам и падали на дорогую замшевую куртку которую она в руках держала. Она испуганно уставилась на меня своими огромными, заплаканными зелеными глазами.

— Ух-хо-оди… уй-д-ди, — прошептала она, заикаясь.

Но что-то внутри меня сломалось. Какая-то странная, порывистая жалость. Я зашла в кабинку и прикрыла за собой дверь. Не говоря ни слова, я просто обняла ее. Она не оттолкнула. Наоборот, она прижалась ко мне, уткнувшись мокрым лицом в мое плечо, и разрыдалась в голос, оглушая меня отчаянными рыданиями. Я гладила ее по волосам, по тонкой спине, чувствуя, как бьется ее сердце.

— Что произошло? — наконец спросила я, когда ее рыдания немного поутихли.

Она лишь мотала головой, сжимая губы в тонкую полоску.

— Не хочешь рассказывать? — Она кивнула. — Как тебя зовут, плакса? — усмехнулась я, пытаясь снять напряжение.

— Лиза, — прошептала девушка и надула губы. — Я не плакса. Просто уже сил нет.

— А меня Агата зовут.

Она через силу улыбнулась.

— Приятно познакомиться.

Я посмотрела на телефон. На пару я опоздала безвозвратно. Предложила ей пойти выпить кофе. Она кивнула, вытащила из-за унитаза свой портфель, и мы молча пошли в ближайшую кофейню.

В кафе она заказала двойное американо, а я — капучино. Взяв стаканы, мы присели за столик у окна. Она все еще икала, и глаза у нее были красными. Присмотревшись, я поняла, что она очень красивая. Неброской, кукольной красотой.

— Ты на первом курсе? — спросила я.

— Нет, я на третьем, — она бросила на меня взгляд и горько усмехнулась. — А что? Не выгляжу?

Я покраснела. Я действительно подумала, что она моя ровесница или даже младше. Она оказалась старше меня на два года, хотя и не выглядела таковой.

Она печально посмотрела в окно.

— Почему ты меня пожалела? Могла ведь просто уйти.

Я задумалась.

— Ты могла меня оттолкнуть. Но не оттолкнула. На мой взгляд, если хочешь помочь — помогай.

Она кивнула.

— Спасибо. Мне правда было очень тяжело. Не скажу, что сейчас полегчало, но поддержка… оказалась кстати. Давай обменяемся номерами? Если ты не против. Я… обычно не такая. Но сейчас мне очень тяжело. Хотела бы лучше тебя узнать, когда встретимся еще раз.

Она через силу натянула улыбку. Я достала телефон. Мы обменялись номерами, допили кофе. Тишина между нами не была неловкой. Она казалась мирной.

Выйдя на улицу, она пошла в сторону остановки. А у меня зазвонил телефон. Я взяла трубку и услышала низкий, бархатный голос, от которого кровь застыла в жилах.

— Зверушка. Скажи мне, какого черта тебя нет на последней паре. Где ты?

Сириус. Мать его, Бестужев. Тебя только мне не хватало для полного счастья.

Я закрыла глаза, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Дорога назад в институт напоминала шествие на плаху. Каждый шаг отдавался в висках тяжелым, мертвенным стуком. Воздух был холодным и влажным, предвещая скорый дождь, но внутри меня все горело от унижения и злости.