Книга Его своенравный трофей, страница 51 – Александра Питкевич

И вдруг все изменилось.

Бури тряхнул головой, и чуть пригнулся. Согнутые в коленях ноги, опущенная голова, колючий, внимательный взгляд. И степняк бросился вперед. На фоне высокого, прямо стоящего противника, он и вовсе казался подростком, но я видела, как уверенно ноги врезаются в землю, как расслаблены руки, а пальцы вытянуты вперед, готовые ухватить великана за пояс.

Все произошло так быстро, что я не успела даже моргнуть. Бури неожиданно подпрыгнул, из своего согнутого положения, и обеими руками, раскрытыми ладонями ударил противникапо ушам, оглушая. Добу, не ожидавший такого маневра, готовый поймать соперника внизу, отступил на два шага, тряся головой, пытаясь унять звон в голове и вернуть себе контроль за ситуацией. Но не успел. Не давая ни себе, ни Добу передышки, невысокий степняк подскочил ближе, заведя одну ногу между широко расставленных ступней противника, и дернул за пояс, одновременно выбивая опору.

И Добу рухнул.

Показалось, что содрогнулась земля. Только времени подняться Бури ему снова не дал. Он налетел на противника, зажав его бычью шею локтем со спины, удерживая ногами. Добу пытался отмахнуться, но огромные руки не могли ухватить скользкую от пота кожу, не могли разжать захват на шее. Прошло несколько долгих мгновений, и Добу, красный, словно закатное солнце, принялся стучать ладонью по земле.

Толпа взвыла, и Бури откатился в сторону. Тяжело дыша, степняк поднялся на ноги, уперев руки в бока и наблюдая за соперником.

– Как ты, брат? – сипло спросил он, улыбаясь. Без превосходства, но с гордостью, он смотрел на пытающегося отдышаться великана.

– Ты многому научился, – растирая горло, признал Добу, все еще сидя на земле. – И заслужил моих коней.

– И седла, – напомнила Бури, подходя к великану и протягивая тому руку.

– И седла, – кивнул тот, улыбаясь. Мне показалось что ему вовсе не нужна была уже помощь, чтобы подняться, но руку он все же принял. Скорее как признание собственного поражения.

– Это не поссорит их? – я с интересом смотрела на происходящее. Случись нечто подобное во дворце, проигравший вполне мог затаить обиду на победителя до конца своих дней. Как же, поражение и позор перед всем двором.

Здесь же, в действиях и поведении проигравшего не прослеживалось даже недовольства. Так легкая досада на самого себя, не более.

– Зачем? Честный бой, – с удивлением отозвалась Сайхан. Служанка выглядела довольной, словно это она получила тройку дорогих коней. А затем добавила, поясняя: – Они бороться каждый праздник. И только сегодня Бури сумел побороть брат. Для него это великий день. А для Добу в этом нет позор. Он великий воин, багатур. Побьет любой, кто скажет, что он слаб. Может, только ильбэчин не сумеет.

Я покачала головой. Мне многое было непривычно здесь, но в чем-то традиции степняков казались более правильными, более честными, чем то, к чему привыкла я.**

Было еще двабоя. И только четвертой парой вышли те, кто меня интересовал. Я ожидала, что Гонсух и Чжан Рэн так же будут бороться с голыми торсами, но и степняк, и полководец севера предпочли остаться в одежде. Один был одет в привычный кафтан, когда как второй остался в многослойном шелковом одеянии, сняв с себя доспех. Но к моему удивлению, у обоих в руках было боевое оружие. Длинный, широкий и изогнутый меч и копье, о котором легенды ходили по всей земле.