Онлайн книга «Птицы молчат по весне»
|
— Оставьте меня, — прошипела она, упираясь ладонями ему в грудь. — Здесь приличное место: я закричу, буду звать на помощь! — О, ради Бога! Я, правда, не люблю шума, но здешний распорядитель — мой добрый знакомый. Кричите сколько угодно, над вами с удовольствием посмеются! Вы хотите, чтобы как можно больше людей увидело вас здесь, со мной, на диване? — Пустите… Анна изо всех сил старалась вырваться из его железных объятий, с ужасом понимая, что Теодор не намерен отпускать её — напротив, её отчаянное сопротивление ещё сильнее его распаляло. Он навалился на неё всем телом, не давая пошевелиться. — Пожалуйста, Теодор… — прошептала она. — Если только вы когда-нибудь испытывали ко мне тёплые чувства… Прошу вас. Он чуть отстранился и поморщился. — В образе дикой кошки ты нравилась мне больше, а этак и я правда могу разжалобиться… Увы, дорогая, я не умею отступать! Ты слишком хороша! Послышался треск разрываемой одежды; Анна в ужасе вскрикнула — руки её мучителя уже сжимали её грудь. «Рыцарь» прикрыл глаза и чуть слышно застонал от наслаждения… Анна укусила его за подбородок; Теодор выругался и отпрянул на миг… Она попыталась вскочить, однако противник ухватил её за край порванного платья и потащил к себе. Анна уцепилась было за стол, понимая уже, что сейчас снова окажется, словно в тисках, в объятиях, из которых уже не вырваться… Её обуяло отчаяние — в этот момент под руку попался фруктовый нож с костяной рукояткой, которым Теодор чистил для неё яблоко. Машинально она подхватила нож со стола, думая этим остановить противника. — О, любовь моя, право не стоит, — выдохнул Теодор, приподнимаясь на диване. — Не верю, что ты столь кровожадна… Он обвил руками её талию и прижал свою жертву к груди; не обращая внимания на нож, впился в её губы неистовым поцелуем… В эту секунду Анна наугад ткнула острием ножа — как ей показалось, в плечо своему мучителю… «Рыцарь» завопил от неожиданности; брызнула кровь. Анна отшатнулась в угол кабинета, выставив перед собой нож: ей казалось, что вот-вот её враг оправится от раны и снова бросится на неё — однако Теодор упал на диван, зажимая руками кровоточащую шею. Снаружи уже слышались испуганные шаги, кто-то попытался открыть дверь. — Барон! Простите, что-нибудь случилось? — Помогите!.. — прохрипел раненый; кровь стекала меж его пальцев и пачкала светлую бархатную обивку дивана. Хлипкий крючок на двери был тотчас сорван.В кабинет ворвались управляющий, два лакея, ещё какие-то люди. — Барон! Барон фон Ферзен, что с вами? Эй, доктора, скорее! Анну же обнаружили забившейся в угол кабинета с окровавленным ножом в руке. Её трясло будто в лихорадке, глаза сверкали безумным огнём. Она застыла в неподвижности, наблюдая, как человека, которого она знала как Теодора, кузена госпожи Лялиной, а здесь названного бароном фон Ферзеном, подняли с дивана и унесли. К ней же подошёл высокий крепкий квартальный за которым спешно послал управляющий ресторана, и с ним двое солдат. — Отдайте-ка ножик, барышня, и извольте следовать за мной. — Ку-да?.. — монотонно проговорила Анна. Она смотрела на забрызганную кровью обивку дивана; пальцы её разжались и нож упал на пол. Внезапно она сообразила, что стоит перед тремя мужчинами растрёпанная, в разорванном платье, и машинально прижала руки к груди. |