Книга Мы нарушаем правила зимы, страница 121 – Ксения Шелкова

Значит, он жив! И этого человека любит её дочь, любит настолько, что готова пожертвовать ради него всем на свете! Злата почувствовала, что колени её затряслись от ужаса. Если Анна узнает, что это она, Злата, сделала Илью таким, каким он стал, что это с ней он встретился той роковой ночью?.. Дочь возненавидит её? Проклянет? Не захочет больше никогда видеть?

Злата невольно прижала руку ко рту, разглядывая совершенно забытые за столь долгое время черты… Как странно, сейчас Илья выглядел совсем юношей — ненамного старше, чем тогда! Но ведь прошло уже более двадцати лет! Неужели это из-за неё?!

Илья казался крепко спящим — но вдруг его ресницы слегка дрогнули, глаза — чёрные, как ночь — приоткрылись. Злата затаила дыхание, напрягла память: нет, тогда глаза у него были другими, светло-серыми!

Илья слегка пошевелился и попытался приподнять голову.

— Анна? — хрипло произнёс он, но тут же понял свою ошибку. — Простите… Вы так похожи на… Где Анна? Где она?!

Его смуглое лицо вмиг посерело, под глазами появились чёрные провалы, зрачки зажглись лихорадочным блеском.

Злата попыталась удержать его, чтобы он не вставал, однако даже после столкновения с ужасным тэмээн суулом, Илья оказался очень силён. Он отстранил женщину одной рукой и встал.

— Анна… Она здесь?!

Вбежал князь Полоцкий, но даже вдвоём они не сразу смогли остановить возлюбленного дочери.

— Князь, где она?! — Казалось, Илья готов был задушить любого, кто помешает ему видеть Анну. — Отведи меня к ней!

— Да-да, сейчас, — торопливо заговорила Злата. — Анна жива и здорова, просто немного утомлена. Мы пойдём к ней, не тревожься!

***

Анна спала в уютном гнёздышке, из листьев и травы, созданном для неё руками маменьки — но внезапный приступ страха заставил её очнуться. Илья… С ним происходило что-то не то! И тут же, совсем рядом, она услышала его голос.

Анна открыла глаза — оказывается, любимый уже сидел подле неё, исхудавший, бледный до синевы. Его щёки ввалились, губы были сжаты… Дрожащими руками он привлёк её к себе и прижал её ладони к своей груди — Анна ощутила судорожное биение его сердца.

— Не нужно было нам разлучаться, — прошептала она. — Маменька… Он останется здесь, рядом со мной! Иначе он умрёт!

Злата пытливо, с тревогой вглядывалась в них обоих.

— Он почти всё это время был без сознания, милая. Спал не просыпаясь, только вот сейчас пришёл в себя.

— Позвольте нам быть вместе! Так мы оба скорее пойдём на поправку.

— Да, разумеется, — пробормотала Злата. — Я вовсе не против, лишь бы ты скорее выздоравливала.

Она быстро устроила для Ильи постель из мягких молодых веток — поближе к Анне — принесла ему подушку из сухой травы. Всё это время князь Полоцкий находился рядом, но не произнёс ни слова. С тех пор, как они очутились на волшебном дереве, Всеслав Братиславович говорил с Анной только раз: он коротко, но искренне попросил у неё прощения за безобразную сцену в песках. Разумеется, она охотно его извинила, ибо теперь уже своими глазами видела, что значила Злата для князя Полоцкого. И ведь он так долго терпел разлуку с ней!

Злата ещё раз убедилась, что Анна и Илья устроены удобно и сделала знак Всеславу выйти… Анна успела заметить в глазах матери подлинное отчаяние, но спрашивать в чём дело не стала — ей достаточно было того, что она услышала. Уже покидая их, Злата тихо произнесла Всеславу: «Боюсь, уже поздно».