Книга Рассвет и лед, страница 103 – Хелен Мерелль

Парка, сшитая мамой, или куртка с гусиным пухом? Выбор очевиден. Конечно же куртка.

Не хочешь носить то, что шила мама?

Нет. Из-за нашей последней ссоры мои нервы на пределе. Казалось бы, мне двадцать лет, пора распрощаться с желанием получить одобрение матери, но, к сожалению, ее слова все так же ранят.

Не в силах уснуть, я устремляю взгляд в потолок, где сгущаются тени. Что мы найдем в руинах Анори? Тот человек, которого видели в Кууммиуте, незнакомец, встретивший Янука близ Китака… Что, если это Килон? Невысокий, бородатый, с санями… А ведь похож.

Ага, как и десятки других мужчин.

Но где была Сунилик, когда эти двое встречались? Если Янук взялся обучать Килона, то почему он делал это втайне от жены? Неужели потому, что она не одобряла его решение?

Я переворачиваюсь на другой бок. Этот бесконечный поток вопросов так раздражает.

Попробуй сформулировать хотя бы одну общую гипотезу.

Янук встречается с Килоном втайне от Сунилик, поскольку считает, что она не одобрит этого или же сочтет глупостью. К примеру, он показывает ему карту маршрута «Полярной звезды». С этим документом мой брат точно знает, в какой день корабль должен прибыть в бухту Онэ, и решает отправиться туда со своей упряжкой. Теперь у него есть возможность наблюдать за кораблекрушением с Моржового мыса. Это как раз объясняет появление следов, которые заметил охотник из Иттоккортоормиита.

Почему Килон вообще заинтересовался «Полярной звездой»?

Корабль олицетворяет иностранные инвестиции и добычу полезных ископаемых, а это, в свою очередь, две основные угрозы традиционному образу жизни, к которому так привязан брат. Однако почему это волнует его больше, чем аэропорты, нефтяные вышки и рыбопромысловые суда?

Даже если моя гипотеза верна и мой брат действительно находился на Моржовом мысе в тот день, это все равно не объясняет потопление «Полярной звезды». На таком расстоянии он не смог бы повлиять на моряков и создать волну-убийцу, о которой говорила Ленора. Ни одному шаману это не под силу.

Почему бы тебе не обсудить это с Эреком?

Я прислушиваюсь. Наступила ночь, и кажется, жители деревни наконец-то отправились спать. В комнате Эрека тихо. Не слышно ни храпа, ни скрипа пружин. Вероятно, он крепко уснул или снова погрузился в транс…

Ворочаясь в кровати, я все никак не могу успокоиться. Подняв руки в темноте, рисую в воздухе прямоугольник тонкими нитями своей энергии.

Появляется дверь с каменным крыльцом и тяжелыми позолоченными деревянными створками. Вместо того чтобы воззвать к Виник, в этот раз я концентрируюсь на Эреке. Не знаю, какую форму он принимает в мире духов, поэтому просто представляю его лицо.

Осторожно стучу в воображаемую дверь.

Сначала ничего не происходит. А затем очертания двери становятся все ярче и ярче. В щели просачивается сияющее мерцание.

Дверь открывается. Эрек улыбается и, сложив руки на груди, прислоняется к дверному косяку.

– Мы можем поговорить?

– Стесняешься постучать в мою дверь?

Я молчу, а улыбка Эрека становится шире.

– Хотя все верно. Если ты действительно хочешь поговорить, то в комнату мою лучше не заходи. Иначе простыми разговорами мы точно не ограничимся.

– Я хочу знать, чего ждать от завтрашнего дня. Если в долине Анори мы встретим того, кто достаточно могущественен, чтобы проникать в чужие сны или влиять на сознание моряков, мне следует знать, как противостоять ему.