Книга Боги, забытые временем, страница 114 – Келси Шеридан Гонсалез

Флосси потянулась к дверной ручке.

У Руа горело лицо, словно ей надавали пощечин.

– Пойдем. Не забудь взять перчатки, – сказала Флосси и вышла из кабинета.

* * *

Финн ждал у входной двери, пока миссис Харрингтон предположительно отчитывала Руа за неподобающее поведение.

Несмотря ни на что, Руа выглядела прекрасно. Но Финн заметил, что она попыталась запудрить порез на лбу. Ее лицо похудело, однако ее выдавали вовсе не впалые щеки, а глаза. В них светилось то неизбывное знание, которое наступает, когда ты своими руками лишаешь кого-то жизни.

Она убила человека, и это не скроешь никакой пудрой. Такая метка останется с тобой на всю жизнь.

Финн сам удивился, откуда он мог это знать. Он никогда никого не убивал. Во всяком случае, в этой жизни. Он тряхнул головой. Нельзя принимать сны за правду.

К нему подошла миссис Харрингтон, а следом за нею и Руа.

– Вы поедете в нашей карете, милорд?

– Нет, но я встречу вас в опере. У меня есть дела.

Он посмотрел на часы. Ему нужно встретиться с одним человеком на Малберри-стрит.

– Хорошо, милорд. До скорой встречи.

Финн вошел в трущобы Нижнего Ист-Сайда, где тысячи жителей города ютились в доходных домах. Условия были настолько ужасными, а район – настолько перенаселенным, что многие люди жили прямо на улицах, в лачугах и подворотнях.

Сами улицы были узкими и очень грязными, заваленными мусором и отбросами. На тротуарах теснились торговцы, продающие гнилье под видом еды, нищие и прочие горемыки, что пытались хоть как-то выжить.

Дома были не лучше: ветхие развалюхи с выбитыми окнами и гниющими деревянными ставнями, такие тесные, что вообще непонятно, как можно в них жить. Плюс к тому эти кварталы буквально кишели преступниками и бандами всех мастей.

Сердце Финна оборвалось при виде двух маленьких мальчиков, плескавшихся в грязной луже. Можно представить, сколько в ней вредоносных бактерий. Но сейчас он ничего не мог сделать. Он пришел по конкретному делу и собирался завершить свой визит как можно скорее.

Финн подошел к печально известному перекрестку на Малберри-стрит, где собирались гангстеры. Здесь всем заправляла банда Уайос. Закоренелые преступники и злостные нарушители закона, они поддерживали определенных политиков и заставляли жителей трущоб отдавать свои голоса за нужных кандидатов, чтобы те побеждали на выборах, а им, в свою очередь, позволяли управлять этим районом, как они сами считают нужным.

Финн вошел на кладбищенский двор при соборе Святого Патрика.

– Эй! – крикнул кто-то, как только он шагнул через калитку.

– Я пришел к Конноли, – сказал Финн человеку, прислонившемуся к надгробию. Он держал в руках шляпу-котелок, и на вид ему было не больше восемнадцати.

– Кто его спрашивает?

– Все нормально. Я его знаю, – сказал Конноли, высунувшись из-за вяза.

Это был молодой американец ирландского происхождения, чисто выбритый, в щегольском котелке и заляпанном грязью сюртуке, жадный до денег и всегда стремящийся доказать, что он – крупная рыба в гангстерском мире. Он не спеша подошел к Финну, остановившемуся у калитки.

У банды Уайос был целый список особо тяжких преступлений, которые они совершали за вознаграждение. Самым дорогим было убийство за сотню долларов. Финну требовалось, чтобы они только взяли на себя ответственность за убийство, а не прикончили кого-то на самом деле, но почему-то эта услуга обошлась ему втрое дороже.