Книга Крылья бабочки, страница 101 – Рико Сакураи

Сэй Сёнагон вошла в свою комнатку, задвинула за собой перегородки и вздохнула с облегчением. День выдался тяжелым, но он закончился…

Не успела она развязать кимоно, как заметила свиток, лежавший посреди комнаты.

– Тайный поклонник? – удивилась фрейлина.

Впрочем, Сэй Сёнагон хоть и считалась зрелой женщиной, сохранила свежесть и красоту, поэтому многие придворные сановники с удовольствием разделили бы с ней ложе и досадовали, что фрейлина хранила верность своему второму мужу Фудзивара Мунэё.

Она неторопливо развернула свиток и увидела небрежно начертанные китайские иероглифы – Мурасаки постаралась на славу, даже намеренно сделала пару ошибок.

– Хм… Писал мужчина… Но как небрежно… Это явно не любовное послание.

Сэй Сёнагон разожгла масляную лампу и начала читать. По мере чтения выражение лица ее менялось от удивления до страха и ненависти.

Письмо гласило следующее:

Сэй Сёнагон была умной женщиной и прекрасно поняла, о каких персонах говорится в письме. Она тотчас завязала пояс и поспешила в покои госпожи Садако. Та уже засыпала, однако фрейлина не побоялась нарушить ее сон и буквально ворвалась в комнату, отодвинув с дороги старшую фрейлину, родственницу Акадзомэ Эмон, пытавшуюся преградить путь.

– Госпожа! – возопила Сэй Сёнагон. – Умоляю, выслушайте меня!

Испуганная Садако поднялась с постели.

– Что случилось? Почему ты врываешься ко мне в нарушение всех правил?

– Речь идет о жизни и смерти… – лишь ответила Сэй Сёнагон. – Прикажите оставить нас одних.

Садако сделала повелительный жест. Старшая фрейлина и ее помощницы, кланяясь, удалились.

– Надеюсь, ты хочешь сообщить мне действительно нечто важное. Иначе простишься со своим местом.

Сэй Сёнагон протянула свиток госпоже. Та с удивлением приняла его, развернула и начала читать.

– Хм… Это происки Акико! Я просто уверена: письмо подметное! Она хочет посеять страх у меня в сердце! Хочет, чтобы я спешно покинула дворец, а она тогда станет единственной законной женой императора.

– Но, госпожа! – попыталась возразить фрейлина. – Я склонна считать, что в письме написана правда, и Акико не имеет к нему отношения.

– Опрометчивая самоуверенность… – недовольно ответила Садако. – Все, иди спать… Я и слышать ничего не хочу по поводу того, чтобы оставить императорский дворец.

Не успела Садако произнести эти слова, как в коридоре послышался шум. Несколько женских криков пронзили ночную тишину дворца Садако. Раздвижные перегородки резко распахнулись. В покои жены императора, словно вихрь, влетели несколько воинов во главе с Кудонори.

Сэй Сёнагон и Садако оцепенели от ужаса.

– Госпожа Садако, немедленно одевайтесь и следуйте за нами! – приказал Кудонори.

Тут жена императора обрела дар речи.