Книга Крылья бабочки, страница 77 – Рико Сакураи

– Поздравляю! У нас новый наследник!

Дама смущенно ответила ему улыбкой. После этого случая фрейлину и сановника постоянно видели вместе. Их первоначальное взаимное недоумение стало предметом всеобщих шуток, однако фрейлина и сановник не обижались.

Глава 10

Хлопоты

К часу Лошади зимнее небо прояснилось, выглянуло солнце, заливая лучами дворец. Хвала богам, роды закончились благополучно. Всеобщей радости не было предела, ведь каждый, кто мог следить за состоянием Акико хотя бы издали, наверняка пережил тяжелые мгновения, уже мысленно прощаясь с Благородной супругой императора. Но более всех радовался Митинага: Акико родила прекрасного мальчика – наследника трона. Это означало, что власть Первого министра, несомненно, укрепилась.

Дамы, вволю наплакавшись намедни, разошлись, наконец, по своим покоям, решив отдохнуть. Подле госпожи Тюгу осталась Мурасаки и дамы постарше.

Митинага в сопровождении супруги щедро одарил настоятелей храмов, монахов, прорицателей. Лекаря же, пусть и не успевшего помочь госпоже Тюгу, но проявившего решительность, которой так не хватает некоторым придворным, тоже не забыли:

– Ты чего-нибудь желаешь?

Лекарь растерялся, боясь попросить за свою неоказанную услугу слишком много. К тому же он и так был человеком не бедным, поскольку лечил большинство сановников из императорского окружения. О его успехах свидетельствовал и добротный дом на Третьей линии – чего еще желать простому смертному?

Лекарь замялся, не зная, что попросить, но наконец отважился произнести:

– У меня все есть, мой господин, и потому если я когда-нибудь осмелюсь беспокоить вас, то только из-за моего сына и моей дочери, чтобы устроить их будущее, однако сейчас мои дети еще малы.

Митинага от души рассмеялся.

– Выходит, ты иносказательно желаешь мне долгих лет на моем посту, чтобы, когда придет время, я по-прежнему был в силе и смог поучаствовать в судьбе твоих детей? Так и будет, лекарь! Так и будет!

А тем временем во дворце уже начинались приготовления к Обряду первого купания, который должен был состояться вечером. Дамы пробудились, позабыв все волнения прошедшей ночи, и теперь думали лишь о том, как будут выглядеть на предстоящей церемонии. Они доставали наряды из плетеных сундуков, красились, выбирали себе веера. К великому сожалению женщин, в цветах одежд соблюдались запреты. Многие должны были продолжать носить белое, и лишь в узоре пояса допускалась вольность.

Благородная супруга императора милостиво позволила Мурасаки удалиться, чтобы любимая фрейлина могла тоже подготовиться к празднику и выглядеть не хуже других женщин. Выходя из покоев Акико, фрейлина заметила Митинагу, который разговаривал с двумя управляющими. Кажется, разговор касался того самого ручья, возле которого Мурасаки встретила своего возлюбленного в первое утро, когда приехала во дворец. В ручье опять скопились опавшие листья, и их следовало убрать, ведь возле ручья, в том месте, где он впадал в озеро, наметили проведение одной из церемоний, посвященных рождению наследника. На ней должен был присутствовать сам император, поэтому надлежало уделить внимание каждой мелочи.

Мурасаки застыла в нерешительности, она должна была пройти мимо Митинаги, но при одном лишь взгляде на Первого министра у женщины закружилась голова от нахлынувших чувств.