Книга Райские птицы, страница 122 – Анастасия Вронская

Я вскидываю брови, и мое удивление сменяется тревогой. Не успеваю задать вопрос, как в комнату быстрым шагом входит Сияна. Ее лицо искажено напряжением, взгляд полон тревоги, и от этого у меня внутри все холодеет. Я вскакиваю, стул с глухим стуком падает на пол. Сердце сжимается, предчувствуя беду.

– Сияна, что случилось? – Мой голос звучит резче, чем я намеревался.

Сияна задерживает дыхание, ее глаза – полные страха и отчаяния – встречаются с моими. Она явно не знает, с чего начать. Время словно замирает, и я осознаю, что все, чего я так боялся, уже происходит. Это ощущение не дает мне дышать. Что-то рушится, и мне нужно действовать.

– Князь, их схватили, – произносит она дрожащим голосом и продолжает тараторить: – Иринея и Весту заточили в темницу. Володарь и Радан… они предали вас. Володарь служит ему, а Радан… – Она делает короткую паузу, пытаясь взять себя в руки. – Радан отравил Великого князя, сам признался. Все это – заговор. Тайные советы, предательство. Он использует всех вас, чтобы получить власть.

Внутри все сжимается от боли и ярости. В голове гудит, слова Сияны словно громом раздаются, поражая меня. Веста в темнице, Ириней… Предательство брата. Как я мог не увидеть этого? Как мог позволить этому случиться?

– Веста ранена, ее крыло… – продолжает Сияна, не выдержав моего взгляда. – Она пыталась улететь, когда ее застукали за кражей летописей в спальне князя. Господин, нам нужно что-то делать. Немедленно.

Я не могу больше стоять на месте – кровь закипает до предела. Вскидываю голову, сердце колотится как бешеное. Нужно действовать. Сейчас же. Я кидаюсь к выходу, намереваясь бежать к конюшням, но в этот момент чувствую, как кто-то хватает меня за руку. Иван.

– Рион, стой! – Его голос твердый, спокойный, несмотря на всю обстоятельства. – Ты прав, нужно действовать быстро, но мы не можем бросаться в омут с головой. Нам нужно обдумать план, иначе погибнут и они, и мы. Радан знает, что Сияна полетела к нам, а значит, будет готов.

Я застываю, с трудом переводя дыхание. В голове рисуется картина моей лежащей на холодном полу темницы Пташки, и разум застилает ярость, страх, отчаяние. Но Иван прав. Если я сейчас помчусь не думая, я могу все испортить. Глубоко вдыхая, я поворачиваюсь к нему.

– У нас мало времени, Иван, – говорю я, сжимая зубы. Картина в голове сменяется тем, как Радан молит о пощаде, пока я душу брата своими же руками. – Мы должны действовать, но как? Как спасти их?

Иван кивает, его взгляд остается твердым.

– Мы найдем способ. Но сначала нужно понять, сколько у нас людей, кто на нашей стороне. Мы не можем позволить себе ошибку, Рион. Сейчас каждое решение – на вес золота.

Я киваю, с трудом подавляя порыв сорваться и действовать без оглядки. Смотрю на Сияну, которая все еще стоит, словно пытаясь удержаться на ногах после того, что ей пришлось сказать. Я должен действовать, но обдуманно. Ради Весты, ради Иринея – и ради того, чтобы вернуть то, что нам принадлежит.

– Пора подготавливаться и выдвигаться, – говорю я, обратившись к Ивану. – Отдай приказ, чтобы начали готовить коней.

– Князь, прошу, возьмите меня с собой! – Сияна делает шаг вперед, и ее голос звучит почти умоляюще. – Я должна быть там.

Я почти удивленно смотрю на нее. В ее глазах отчаяние, но и решимость, та, которую редко увидишь у того, кто привык быть в цепях. Я моргаю, и у меня внутри что-то щелкает.