Книга Райские птицы, страница 125 – Анастасия Вронская

– Итак, ты утверждаешь, что сможешь дать мне… молодость и поддержать своим даром в войне? – Его голос становится мягче, и в нем сквозит лукавство. – И что твоя сестра не будет представлять угрозы на стороне моего брата?

Бажена кивает. Лицо сестры остается спокойным, но я знаю, что внутри она напряжена до предела. Я чувствую ее страх, ее решимость – все это скрыто за маской уверенности.

– Да, – отвечает она. – Все, что я прошу, – это безопасное освобождение Весты. Если она или я не выполним своих обязательств, твой преданный глухой стражник перережет мне горло.

Наблюдательная Бажена кивает в сторону не реагирующего ни на что Данзана. Темные, почти черные глаза хаотично гуляют по залу, и обращения к себе он не слышит. И все же мне кажется, что он опасен.

Радан на миг замирает, раздумывая, а потом медленно кивает.

– Хорошо, – наконец говорит он, опуская руку. – Пусть будет так. Но запомни: я не потерплю обмана. Твоя жизнь – в твоих руках, и если ты не сдержишь обещания, я уничтожу вас обеих.

Я чувствую, как внутри меня поднимается гнев, жгучий, до боли. Стиснув зубы, я подавляю его, понимая, что любая ошибка может стоить нам жизни. Надеюсь, что у нее есть план и что мы еще не проиграли. Даже в самой глубокой тьме остается место для света. И я найду его.

– Володарь, – подзывает прячущегося в тени слугу Радан.

Из тени выступает Володарь, его лицо сохраняет видимость холодного спокойствия, но в глазах мелькает что-то виноватое, мимолетное. Он идет к Радану, едва заметно выпрямив спину, словно пытаясь показать свое превосходство, скрыть свою неуверенность.

– Посадите ее на лошадь, – велит Радан, лениво махнув рукой в сторону. – Завяжите ей крылья, руки и рот, как сейчас, но покрепче. Отправьте к Риону.

Володарь склоняет голову, принимая приказ. Он поворачивается к стражникам и жестом велит им следовать за ним. Меня выводят из зала, и через несколько минут мы оказываемся во дворе. Там уже готовят коня – Вия. Конечно, он знает дорогу в Велес как никто другой. Зрелище это болезненно ударяет меня по сердцу: Вий всегда был предан Иринею, и теперь его используют, чтобы унизить меня. Отправить к князю, словно вещь.

Володарь медленно подходит ко мне, его лицо остается спокойным, но я вижу, как его взгляд на мгновение смягчается. Он кивает двум дружинникам, которые начинают поднимать меня, чтобы усадить на коня. Я чувствую, как веревки стягивают мои крылья и руки еще сильнее, боль от раненого крыла становится почти невыносимой, но я сжимаю зубы, не позволяя себе ни звука.

– Мне жаль, Веста, – тихо говорит Володарь, его голос звучит почти искренне. – Но у меня нет выбора.

Я смотрю на него с ненавистью, пытаясь вложить в этот взгляд все, что не могу произнести. Не будь мой рот завязан, я бы плюнула ему в лицо. У него был выбор, он его сделал. Я лишь сочувствую строптивой Марфе, мольбы которой Радан и слушать не станет – отдаст слуге боярскую дочь. Щиколотки опутывают веревки. Упасть из седла будет невозможно – дружина постаралась.

Володарь отходит на шаг, проверяя, все ли готово. Он кивает дружинникам, и те подгоняют Вия, направляя его к воротам. Я еще раз встречаюсь взглядом с Володарем, и в его глазах я вижу ту же обреченность, что чувствую сама.

Вий идет вперед, подгоняемый стражей. Скоро мы выезжаем за ворота дворца, он ускоряется, и ночная тьма окутывает меня, скрывая ото всех взглядов. Единственный звук – это ритмичный топот копыт Вия и шорох ветра в кронах деревьев. Время тянется, кажется бесконечным, и с каждым шагом коня я все сильнее чувствую свою беспомощность.