Книга В плену романа, страница 74 – Ракель Арбетета

Девушка молча кивает. Она почти ничего не съела, хотя на тарелке лежат булочки с маслом, копченое мясо, яйца и фрукты.

Я пробую апельсиновый пудинг и бросаю взгляд через стол на Сэмюэля. Он разговаривает с Джоном, но каким-то образом, кажется, чувствует, что я за ним наблюдаю, и поворачивается в мою сторону. Он делает едва заметный жест головой, что-то вроде кивка.

Я отпиваю чая, чтобы прочистить горло, и поворачиваюсь к хозяйке дома.

– Леди Китинг, я не могла не восхититься пианино, которое стоит в голубой гостиной. Оно прекрасно.

– О да. Великолепный инструмент. – Леди Китинг меланхолично улыбается. – Мой муж когда-то играл на нем. Но с тех пор, как его не стало…

Она делает паузу. Затем поднимает взгляд от своей тарелки и смотрит на меня такими же голубыми глазами, что унаследовали оба ее сына.

– Вы бы хотели сыграть на нем?

– О нет, миледи, мне бы и в голову не пришло. Но я дотронулась до клавиши, и звук был настолько чистый, что я сразу подумала, насколько хороша акустика в гостиной. Мое воображение тут же нарисовало сказочную сцену: чей-нибудь сладкий голос великолепно бы звучал в этих стенах. Вы знали, что мисс Реммингтон – отличная певица?

Потому что, как типичная главная героиня романа, она безупречна. И да, даже не практикуясь, она великолепно поет (вот так сюрприз).

Услышав свое имя, Китти начинает кашлять, а на ее лице появляется гримаса ужаса.

– Я не…

– Это правда? – спрашивает Джордж с другого конца стола.

– Мне трудно ответить на этот вопрос. – Китти отказывается смотреть на него, продолжая тыкать вилкой кусок торта на своей тарелке (который она не собирается есть). – Не знаю, могу ли я назвать себя хорошей певицей. Мне просто нравится это делать.

– А разве это не самое главное? Ваши предпочтения. То, что вы любите и что делает вас счастливой.

Она не отвечает, просто сжимает вилку. Я тянусь под столом и беру вторую руку Китти – ту, что покоится у нее на коленях, сжатая в кулак.

– К сожалению, мне не довелось познакомиться с покойным лордом Китингом, – продолжаю я. – Так вы говорите, он любил музыку, миледи?

– Мой муж обожал ее, – отвечает леди Китинг. – Он устраивал концерты и приглашал на них весь лондонский свет, а музицировать просил других джентльменов и дам, особенно тех, кто не был столь высокого происхождения или не часто демонстрировал свои таланты. – Она делает паузу. – Особое удовольствие он находил в том, чтобы дать возможность блеснуть своими дарованиями гениям, таящимся в тени. Он подарил Джону свою скрипку, выточенную из лунного камня. Жаль, что ты так и не смог сыграть для него, мой мальчик.

– Он был великим человеком, – признает Сэмюэль. Его персонаж – друг детства Джорджа, поэтому он был знаком с его покойным отцом. Конечно, речь не про читателя, скрывающегося под его обликом, но тем не менее слова Сэмюэля звучат очень убедительно. Он даже вкладывает в свой голос нужную толику грусти: – Я часто думаю, что он хотел бы видеть, как его традиции продолжаются.

Удочка заброшена. Теперь ждем, когда клюнет рыба…

– Мы могли бы это сделать, – предлагает Джордж. Он на секунду смотрит на Китти, а затем обращается к матери: – Что думаешь, мама? Ты ненавидишь ездить в Лондон, так что мы могли бы привезти город сюда. Пригласи людей, которых ты больше всего любишь, даже саму королеву. И пусть играют и поют только те, кто любит это делать.