Книга Баба Клава, или Злачное место для попаданки, страница 19 – Мариса Бель

"Он знает о тебе". Слова повисли в воздухе. Вот уж что меня не успокаивало! Клейтон поверил Камню. Поверил мне. Но предупредил. Значит, опасность реальна. И она где-то рядом.

Я подошла к тюку, развязала веревки дрожащими пальцами, предварительно очистив их подолом. Внутри аккуратно сложенные платья попроще, чем те, что остались в сундуке, теплое шерстяное одеяло, пара книг в кожаных переплетах... и небольшой, но тяжелый деревянный ящичек с замочком. Ключ торчал в скважине.

Я открыла его. Внутри, на бархатной подкладке, лежали не украшения, а... инструменты. Аккуратные, стальные, с деревянными ручками: ножницы, несколько игл разного размера, наперсток, маленькие щипчики, мотки прочных ниток. Набор портного? Клависия шила?

Коза громко заблеяла, требуя внимания. Я вздохнула, подняла мотыгу и пошла к незаконченной канаве. Жизнь в "Злачном Раю" обещала быть еще интереснее. И опаснее. А доить козу так и не научилась.

Коза блеяла настойчивее, словно понимала, что драматический момент миновал, и пора вернуться к насущному – ее выменю и загону. Я взглянула на на нее. Может попробовать подоить?

— Ладно, мать, — вздохнула я. — Твоя очередь. Но сначала… — Я сунула ящичек обратно в тюк, замотала все в холстину и затащила внутрь дома, убрав подальше в угол спальни. Потом схватила самую большую кружку, какую только нашла, и направилась к козе. — Там же ничего сложного? Щас, родная, щас. Только не брыкайся.

Опыт доения у меня был нулевой. Теория – из книжек да фильмов. Я присела на корточки, неуклюже обхватила вымя… Коза нервно дернулась.

— Тпру-у-у, красавица, — заворковала я самым ласковым голосом, какой смогла изобразить. — Дай молочка хозяйке… Ай!

Мощный пинок задней ногой едва не отправил меня кувырком. Кружка полетела в сторону. Я сидела на земле, ошеломленная, глядя на упрямую козу.

— Ну и характер! — фыркнула я, потирая ушибленный бок. — Ладно, договорились. Твоя взяла. Пока. Но я еще вернусь!

Загон. Надо закончить загон. Хоть какое-то подобие контроля над этой рогатой фурией. Я снова взялась за мотыгу. Боль в ладонях от свежих мозолей была острой, но я стиснула зубы, обхватив тканью руку.

К полудню жалкое подобие загона было готовоЯ втолкнула туда козу и козленка. Коза ткнулась носом в прутья, слабо, но держалось. Покосилась на меня, блеяла неодобрительно, но принялась жевать траву внутри периметра. Надеюсь, что малыш от мамы не сбежит. Потому что ему этот заборчик вообще не никакая не преграда.

Только тогда я позволила себе развязать тюк и подробно всё осмотреть. Платья были добротными, нашлись и шерстяные, теплые, явно для сельской жизни, не для балов. И значит, здесь всё таки существуют холода. Одеяло настоящая роскошь в этом продуваемом доме. Книги… Одна была сборником местных трав и их свойств, другая томом скучнейших придворных хроник. А ящичек…

Я снова открыла его. Острые, блестящие ножницы. Иглы самого разного размера, от крошечных до толстых, для грубой работы. Нитки хорошие, прочные, льняные и шерстяные, разных цветов. Наперсток. Щипчики… и маникюрная пилочка. Все аккуратное, качественное. Не похоже на случайный набор. Клависия? Может, у нее было такое хобби?

Разобрав вещи, янаконец подошла к казанку с кашей. Проголодалась зверски. Завтрак с Алисой казался давним прошлым. Присела на крыльцо с миской. Кашу хоть и подогрела, но она была пресной и слипшейся, хотя и съедобной. Но выбирать не приходится.