Книга Наша погибель, страница 114 – Эбигейл Дин

– С чего начнем? – спросила Нина.

Она победила его в «Guitar Hero» и «Street Fighter», но Эдвард все еще был сильнее в «Tekken». Во время игры они почти не разговаривали, только Нина время от времени непочтительно замечала, что Эдвард лоханулся, но они с Изабель стали закрывать на это глаза с тех пор, как ей исполнилось десять. У отца Нины была игровая приставка «Xbox», которую она унаследовала в четыре года, но бабушка с дедушкой оказались неважными противниками. Пока Нина не перешагнула порог дома Эдварда, она играла одна.

Внезапно Эдвард почувствовал, что кто-то смотрит на него с лестницы, но, обернувшись, увидел только Изабель, державшую в руках кофе и бумажный пакет. Пакет она протянула Нине.

– Вот, увидела на витрине магазина и решила подарить тебе, – пояснила Изабель. – Не так уж и дорого.

Внутри пакета лежал полосатый блейзер из овечьей шерсти с шелковой подкладкой.

– Кажется, у тебя был похожий в девяностых, – заметил Эдвард.

– Он классный! – восхитилась Нина, прижимая подарок к груди. – Спасибо огромное.

– Можешь надеть его завтра, если хочешь.

– Спасибо, Изабель. Но у меня осталось кое-что от мамы…

– Ах, боже мой. Да, конечно.

Вокруг «Mario Kart» собралась толпа. Эдвард наблюдал за тем, как Нина и Изабель играют в аэрохоккей. Изабель вовсе не была так безнадежна, как утверждала. Теперь Эдвард уже не сомневался, что кто-то следил за ними, стоя несколькими столами дальше. Но как только Эдвард выпрямился, наблюдатель отвернулся и скрылся из вида.

– Я, пожалуй, прогуляюсь немного, – сказал Эдвард.

– Только не очень долго, ты нам потом понадобишься в «Infinity», – ответила Нина.

– Да, конечно.

Изабель что-то крикнула вдогонку, но он не разобрал. Эдвард прошел мимо аэрохоккея и бильярдного стола в тот угол, где исчез наблюдатель. Какой-то ребенок терзал кран-машину, охотясь за драконом. За ревом гитар и грохотом барабанов тайко ничего не было слышно. Четверо парней, сидевших за барабанами, смотрели на него с выражением, в котором Эдвард побоялся признать жалость. Один из них что-то сказал приятелям на незнакомом языке, после чего последовал взрыв хохота.

– Здесь сейчас никто не проходил? – спросил Эдвард.

Жалость сменилась подозрительностью.

– Не знаю, не обратил внимания, – ответил шутник и тихо что-то добавил по-своему, но на этот раз никто не рассмеялся.

– Спасибо, – поблагодарил его Эдвард.

Он быстро прошел между игровыми столами к лестнице. Двое мужчин, игравших в полицейскую стрелялку, даже не посмотрели в его сторону. На лестнице устроилась стайка девочек-подростков. Эдвард перешагнул через рюкзаки и ноги и оказался на первом этаже. Там стояли «однорукие бандиты»: симфония падающих монет, крутящихся ручек и нежный перезвон неудачи. Он заметил, как впереди мелькнул чей-то плащ, тут же скрывшийся за углом, и бросился следом.

– Эй! – крикнул Эдвард, повернул за угол и увидел его. – А ну, стой!

Незнакомец тоже бежал, сгорбившись, словно пытался спрятать лицо, втянув голову в плечи. Он мчался вдоль ряда автоматов, смотревших в сторону двери, Эдвард припустил по соседнему проходу. Догнать, увидеть его лицо. Они выскочили на свободное пространство одновременно, но беглец был готов к встрече. Он толкнул Эдварда в грудь с такой силой, что ему позавидовал бы любой регбист. На мгновение Эдвард перестал что-либо соображать.