Книга Лживые легенды, страница 126 – Оксана Одрина

И пока он копошился в траве, пытаясь подняться хотя бы на четвереньки, Николай выхватил из кучи барахла позади себя увесистый топор, оказался рядом и с размаху так сильно приложился ему по ноге ниже колена обухом, что вопль Егор уж точно переполошил не только сам мёртвый сад, но и без сомнения всех местных мертвецов.

Потом Егор не то ненадолго отключился, не то его утащило «туда» и быстро отпустило, но придя в себя, сориентировавшись и сфокусировав взгляд, он не просто испуганно потянул себя назад. От нереальности происходящего его пробрало дрожью.

На фоне полыхающих Ворот, языки пламени с которых скакали во все стороны и плясали по арке, как проказничающие в аду дьяволята, стоял Макара с массивной дубиной в руках. Друг странно двоился, будто внутри него топталась его точная копия. Причем вторая больше напоминала сизую дымку. Судьи ни видно, ни слышно пока не было, но, приглядевшись, Егор заметил, как огромная сгорбленная фигура поднималась с земли за спиной Сычёва-младшего.

Бросив палку, которой Макарушка ненадолго вывел сумасшедшего правдоискателя из игры, он рванул к другу.

— Давай, Егор, поднимайся скорее. Уходим. Он вот-вот очухается.

Вот только Егор встать на ногу не мог совсем. А уж про «уходим» и речи быть не могло. Сколько раз Николай саданул ему по коленке, прежде чем Макар остановил того, Егор не помнил, но адскую боль прочувствовал сразу, сделав первый шаг.

— Не уйдёте! — вопил из пекла Судья. — Никто отсюда не уйдёт живым!

Огонь был вокруг, и тут-то Егор вспомнил подковырки Комаровых-Юрчук по поводу места силы Николая и его раскопок здесь. Знобищенко, похоже, задумал некий обряд, раз завертел подобное — пентаграмма. В них Егор пока не разбирался вовсе, но и очертания хоть какой звезды среди горящих деревьев разобрать не выходило. Полыхало всё, и если Николай и оставил для себя лазейку, чтобы в нужную минуту сбежать, а ритуальных жертв придать пламени, то, где именно она была, Егор понять не мог.

— Ну что, батя, доволен ты? — издевательски воскликнул Николай, театрально воздев руки к небу. — Я отомстил за тебя! Всего один остался, и сейчас он искупит вину родного деда. Заодно и колдуна к бесам в котёл отправлю! Пусть в чистилище порадуются свежей мерзкой душонке! А ты сам-то, папаша, нашёл преисподнею, про которую так много твердили мне твои почившие дружки? Или нет? Неужели и правда сам в петлю залез, чтоб на неё посмотреть? А если нашёл, мне покажешь? Ответь мне! Немедленно же покажи мне ад! Или что мне ещё сделать, чтобы ты наконец оценил собственного сына хотя бы в пятьдесят, раз в десять даже не замечал, пьяница чёртов? Что мне ещё сделать?

— Посторожи… — предложили Судье из-за спины.

Он обернулся и оцепенел. Треск горящих деревьев внезапно сменился мерзки скрежетом. Яблони, сцепившиеся полыхающими ветвями в форме арки, дрогнули, стволы их полностью исчезли в огне, а секунду спустя проявились громадной металлической конструкцией.

Представшие виды внушали до того панический ужас, что просто дышать и то получалось обрывками. Могучее сооружение с воротинами из переплетённых облезших прутьев, вросших в землю, и его представительный свод, усыпанный богатым урожаем заржавелых яблок всевозможных размеров, раскалилось до красна. А за ним стоял, низко опустив голову, крепкий молодой человек.