Книга Проклятие Оффорд-холла, страница 27 – Рина Мэтлин, Виттория Флэйм

– Подождите здесь, – сообщил он служанке и, отодвинув ее, вышел из комнаты.

Аккуратно пройдя по коридору, – звуки шагов глушили мягкие ковры, – он пробрался к лестнице. Краем глаза заметил чей-то силуэт в окне в конце коридора, что было довольно странно для третьего этажа, если только кто-то, рискуя жизнью или, при удачном исходе, здоровьем, не решил прогуляться по тонким карнизам.

Суперинтендант остановился, изучая окно, и через несколько мгновений определил, что тень бросали всего лишь расположенные с этой стороны дома очень высокие вязы. Кажется, происшествие с горничной сыграло с его восприятием злую шутку. Хотя такие «видения» были для него нехарактерны. Но с момента, как суперинтендант получил из липких рук воришки письмо от сэра Джонатана, что-то изменилось вокруг и внутри него. Так или иначе, его мысли возвращались к старому делу, ошибка в котором стоила двух человеческих жизней. Делу, которое поселило неприятное, неясное чувство, пока едва различимое, но расследованию уже мешало. Здесь и сейчас, в Оффорде, оно лишь усилилось, и это господину суперинтенданту не нравилось.

Медленно возвращаясь по коридору, Джеймс заметил приоткрытую дверь в соседнюю комнату. Кто-то еще поселился в этой части Оффорда? Он бегло осмотрел часть комнаты, которая виднелась в зазор между дверью и косяком, но разглядеть ничего не смог: свет внутри не горел, а лунного было недостаточно. Не дойдя полшага до своей комнаты, он остановился – дверь за его спиной захлопнулась сильно и резко.

«Окно приоткрыто. Сквозняк?» – Сделав мысленную пометку, за неимением под рукой записной книжки, суперинтендант обернулся. Дверь, которую он только что осматривал, оказалась закрыта, и теперь из комнаты доносились звуки. Неразборчивые голоса, шорохи, поскрипывания – симфония жилого помещения.

«Предположительно двое – мужчина и женщина», – отметил он.

«Дворецкий утверждал, что постояльцы должны находиться в другом крыле, – добавил он еще одну мысленную заметку. На ужине никого, кроме него и лорда Хаттона, не было. – Кто расположился по соседству?»

Суперинтендант шагнул к двери и занес руку, чтобы постучать. И все звуки тут же смолкли. Жильцы словно исчезли. Постояв еще несколько секунд и не услышав ничего, мистер Уоррэн решил вернуться в свою комнату.

«Это в стенах. Какие помещения могут быть связаны? – Он продолжил вести внутренний список вопросов к поместью в общем и Чарльзу – в частности. – Нужен план здания».

Последний пункт он перенес в мысленную графу «Вопросы к сэру Джонатану или управляющему».

В комнате его ожидала горничная. Едва он переступил порог, как она налила чай в чашку, осторожно поправила ее. Мистер Уоррэн оценил заботу: если чашка стоит таким образом, – ручкой от чайничка, – брать ее будет гораздо удобнее.

Горничная подняла на него выжидательный взгляд. Суперинтендант еще раз прислушался. Звуков из соседней комнаты больше не раздавалось.

– Элизабет, кто-то живет по соседству?

– Нет. Никого, сэр, – спокойно ответила горничная, но отвела взгляд.

– Почему вы тогда отводите глаза?

– Простите, сэр, неприлично смотреть джентльмену в глаза во время разговора. Я ведь всего лишь прислуга, – и снова отвела глаза в сторону, теперь направо вниз – вспоминала, что должна сказать?

– Возможно, вы могли бы рассказать, что делали в коридоре? – как можно доброжелательнее спросил Джеймс.