Книга Тропой забытых душ, страница 101 – Лиза Уингейт

Миссис Макдугал кашляет, словно подавилась косточкой, и жестом просит долить ей воды. Я подхожу и, когда она принимается пить, понимаю, что ее лицо мне знакомо. Она бывала на званых вечерах на ранчо Локриджей. Я начинаю тревожиться не меньше, чем все эти дамы, ерзающие на стульях.

– В самом деле, столько разноплановых проблем… – В кои‑то веки миссис Тинсли нарушает молчание в подходящий момент. – Кстати, как вам жареная свинина, мисс Барнард? Нравится?

Звук выбрасывает меня из постели, словно взрыв бомбы. Я вскакиваю и, пошатываясь, озираюсь, пытаясь сообразить, где нахожусь.

Еще секунду назад я ставила палатку у заводи в Йосемитском парке. Со мной был Джоэл, и мы ушли в поход, как обычно на выходных, когда были молоды, не обременены заботами и безумно любили друг друга. Все казалось таким реальным…

Внезапно я оказываюсь в крошечном домике, а рядом истошно голосит допотопный дисковый телефон. Спотыкаясь, бреду к нему и поднимаю трубку. Спросонья выпаливаю:

– Джоэл?

– А?

– Что… я…

– Это Кертис. Кертис… э… Энхоу. Прошу прощения. Я, кажется, рановато позвонил?

Сон как рукой сняло.

– Нет-нет. Все в порядке. Уже встала.

Я хватаю со стола оставшуюся с вечера воду, которую Чарли пил перед сном, и делаю глоток, пока Кертис хихикает в трубку не то от удивления, не то от растерянности.

– Пытался застать вас, пока вы не уехали на работу, – осторожно добавляет он.

Я в панике смотрю на настенные часы. Весла маленького каноэ показывают строго вверх и вниз – шесть часов утра! Сердце начинает колотиться, но тут включается мозг.

– У меня выходной, – отвечаю я.

Следует гробовое молчание.

– О… черт… простите, – наконец произносит он. – В сообщении, которое вы оставили, ничего не говорилось о выходном.

– Все в порядке. Я уже проснулась. – Делаю еще глоток, взболтав воду в стакане. – Просто еще не дела… не варила кофе.

Свободной рукой я хлопаю себя по щекам – «да проснись же!».

– Что ж, прекрасно понимаю. Утро не начинается, пока не выпьешь кофе.

Он снова смеется. Смех его звучит мило, непосредственно, по-дружески и расслабленно, словно Кертис не спешит начинать день. Всему свое время, и все нужно принимать как есть.

«Все получится само собой, если не мешать», как говорил Джоэл. На мгновение дремлющий мозг переплетает эти слова с тихим смехом на другом конце провода. Меня наполняет сонное и знакомое тепло, словно я сейчас обернусь и увижу Джоэла рядом на кухне в обычных мешковатых спортивках и футболке с воротом, оттянутым из-за вечной привычки вешать на него солнечные очки, ручки, ключи и прочие любимые мелочи Джоэла.

Я встряхиваю головой, чтобы кровь прилила к мозгу. Джоэл исчезает. Сладостное тепло сменяется сырым туманом летнего утра в Оклахоме.

– Значит, вы получили мое сообщение.

– Бонни передала его, когда я вернулся. Она хороший секретарь. Хотя уход за щенками и сказывается на работе.

– Значит, у вашей хвостатой мамаши теперь есть имя? Бонни… Мне нравится. Поблагодарите ее от меня. Простите, что решила поиграть в шпионов. – Я краснею, чувствуя себя глупо из-за того, что оставила записку в банке с сухим кормом рядом с собачьими мисками, но вчера, подъехав, увидела выходящим из дома не Кертиса, а, видимо, его соседа, другого индейского полицейского, и ничего лучше не придумала. – Ваш сосед, кажется, спешил. Не хотела его задерживать, поэтому сказала, что привезла Чарли посмотреть на щенков.