Книга Тропой забытых душ, страница 114 – Лиза Уингейт

– Да. Это просто случилось. Понимаешь? – тяжело вздыхаю я, закончив рассказ. – Кто знает почему. Жаль, что не сложилось иначе. Я жалею, что Чарли не успел узнать его получше, не сохранил его облик в памяти.

– Рассказы порой превращаются в воспоминания. Нужно просто повторять их достаточно часто. – Кертис смотрит вдаль, и в его глазах отражается панорама крошечных деревьев и неба. – У меня был брат на двенадцать лет старше. Погиб в автокатастрофе раньше, чем я начал соображать. Остался для меня этаким пустым пятном. Но в большой семье о нем то и дело вспоминали, рассказывали все новые истории, и я в каком‑то смысле узнал его. Дай все это Чарли. У тебя хорошо получается рассказывать о его отце. Я чувствую себя так, будто только что побывал в Йосемитском парке. – Темные волосы отбрасывают тень на лоб Кертиса. Повернувшись ко мне, он улыбается. – И я более чем уверен, что и вполовину не настолько крут, чтобы работать рейнджером в глуши.

Кто бы мог подумать, но мы смеемся вместе. Этот момент – словно предвестник свежего ветра в душный летний день. Он предвещает жизнь.

С этим чувством мы начинаем готовиться к отъезду, и я отделяю щенков от Чарли одного за другим, а Кертис втихаря подкладывает их, так что мы успеваем попрощаться с каждым песиком как минимум дважды, пока я не замечаю эту уловку. Потом Кертис грозится засунуть щенка в рюкзак Чарли и с этого момента становится для мальчика настоящим героем. Бонни следует за нами до самой калитки и едва не залезает на сиденье вместе с Чарли. Сын и собака вместе смотрятся так мило, что я едва не сдаюсь, но вовремя прихожу в себя, и мы уезжаем без домашних питомцев. Но зато у нас появились друзья.

Спокойствие от этого нового чувства согревает меня до тех пор, пока я не завожу Чарли к Эдвину, чтобы тот присмотрел за мальчиком, после чего надеваю форменную ветровку СНП и бейсболку и еду несколько кварталов к дому Мирны Уомблс.

Ступив на дорожку, я готовлюсь к очередной холодной встрече, но Мирна открывает дверь с самодовольной ухмылкой. Она с огромным удовольствием сообщает мне, что если я хочу поговорить с Сидни, то должна связаться с Элтоном Паркером. Он приехал и забрал девочку несколько часов назад.

В моей голове включается сигнал тревоги, и я бросаю взгляд на потрепанные шторы в окне.

– Ее там нет, если вы на это намекаете, – щурится Мирна. – Обыскивать будете или поверите мне на слово? Паркер прикатил прямо во время прогулки. Сказал, что теперь будет опекуном детей. Приготовил для них комнаты и все такое.

– Для них? То есть для Сидни и Брейдена? Обоих? Брейден вернулся?

– Наверное. Других братьев у девочки нет. Во всяком случае, я их не знаю. Но, учитывая нрав их матери, утверждать не рискну. – Она довольно потирает ладони. – Сбыла ее с рук, в общем. Паркер с ней проблем не оберется.

У меня похолодело в животе.

– Не знаете, где их искать?

– Паркер живет в квартире за своим предприятием. Вы сразу увидите. Там большая вывеска.

– Да, я там бывала. – Не могу представить себе маленькую девочку, живущую за забором из проволочной сетки среди скопления металлических зданий и пустырей, заваленных телефонными столбами, пустыми железными бочками и старым оборудованием, пропахших смазкой, креозотом и промышленными химикатами. – Детей там и искать?