Онлайн книга «Охота на охотника»
|
– Э, народ, – Алексей вскинул руку с часами. – А ничего, что до электрички остается меньше получаса? Или мы не хотим, чтобы Юрий Яковлевич вышел на пенсию? Бегом, молодежь! Служебная «Волга» с водителем экстра-класса домчала за двадцать пять минут. Пару раз включали сирену, грозили кулаками гаишникам, собравшимся остановить несущуюся по городу машину. Группа десантировалась у входа в вокзал, растворилась в толпе. По отдельности выбегали на виадук, вертелись. – Туда, седьмой путь! – воскликнула Рогачева. – Еще стоит… Они прыгали по ступеням, прокладывали дорогу через толпу москвичей и гостей столицы. У электричек имелось вредное свойство – отправляться по графику, когда этого не надо! «Опять от меня сбежала последняя электричка!» – смеялся кто-то в спину. Топали по перрону – электричка находилась черт знает где! Она уже трогалась, закрывались двери! Но успели запрыгнуть в последний вагон. Юрий Яковлевич облегченно выдохнул, переволновался человек. – Ну, слава богу, успели, Алексей Петрович. Уж думал, одному работать придется… – Отвыкли, Юрий Яковлевич? – оскалился Зорин. – Эй, джентльмены, вы никого не забыли? – Рогачева, хватаясь за грудь, семенила по перрону. Спохватились, схватили ее под мышки, затащили в тамбур. – Уверены, Юрий Яковлевич, что они здесь? – Уверен, – кивнул сотрудник. – В четвертый вагон вроде сели. А я в хвост побежал вас ловить… Взяли билеты до Гурьянова, но вот в Гурьянове ли выйдут – вопрос, как говорится, интересный… – Да уж, рисковать не стоит, – согласился Алексей. – Перетекаем в четвертый вагон. Вы, Юрий Яковлевич, первым, мы – за вами. Павел, Татьяна, изображаете влюбленную пару, сумеете? Зорин посмеивался, теперь на законных основаниях можно лапать коллегу, и пусть попробует возразить. Татьяна возмутилась: с какой стати? Ей в этом смысле Зорин вообще не нравится! «Знаешь, Рогачева, ты мне ни в каком смысле не нравишься, – Зорин украдкой подмигивал. – Но я же не митингую, выполняю то, что приказано». Первым шел Юрий Яковлевич, остальные отстали. Вагоны подпрыгивали на стыках, душераздирающе скрипели сцепки, узкие проходы между вагонами ходили ходуном. В тамбурах дымили и матерились законопослушные граждане. Сальный тип в наколках пытался познакомиться с Рогачевой, настучать по ушам ее спутнику, чтобы не хамил нормальным пацанам. Номера вагонов щелкали в голове, как цифры на счетчике таксомотора. Перед входом в искомый вагон Костров пропустил подчиненных, пристроился сзади. Стало как-то не по себе – почему, интересно? Опустил голову, стал потирать нос свернутой газетой. Вагон был наполовину пуст, свободных мест хватало. Кайгородов устроился в первом отсеке, выразительно повел головой: там они, проверено. «Там» – это в середине вагона. Он сразу вычислил эту троицу, мурашки побежали по коже. Как же тесен этот мир! Невольно выручила Рогачева – взоры мужиков устремились на девушку, Костров успел отвернуться и сесть на ближайшую свободную лавку. Коллеги тоже далеко не ушли, свернули в отсек на противоположной стороне. Зорин рвался к Татьяне под бочок, но та выразительно кивнула: нет уж, возлюбленный, садись напротив. Павел надулся, но упорствовать не стал. Граждане, лениво наблюдавшие за ними, быстро потеряли интерес. Павел отыскал глазами начальника, заскользил дальше по головам присутствующих. Народ путешествовал разношерстный: дачники, жители подмосковных городов и поселков, молодежь – сегодня, по счастью, не буйная. Женщина бальзаковского возраста сидела напротив и, склонив голову, разглядывала попутчика. Ей явно не хватало спутника жизни. Рядом с дамой дремал мужчина, одетый по-походному, в резиновых сапогах. Под ногами лежал заштопанный рюкзак. Включилась в голове Майя Кристалинская: «А в Подмосковье ловятся лещи, водятся грибы, ягоды, цветы…» Дама бальзаковского возраста перехватила его беглый взгляд, хотела что-то сказать, но не решилась. Он уже смотрел в другую сторону. |