Книга Сезон свинцовых туч, страница 78 – Валерий Шарапов

– Минуточку, – насторожился Вадим. – Это не та провинция, где идут бои с мятежниками?

– Та самая, – согласилась Каталина. – Мятежников, насколько известно, оттеснили к западу от Монтеверде, городок сейчас наш. Но прорываются мелкие группы, всячески пакостят и отходят в горы. Думаю, бегство наших героев связано не только с тем, что кто-то соскучился по маме. Это место, где можно передохнуть и перебраться к мятежникам. У последних настали сложные времена во взаимоотношениях с США, и эти люди могут быть полезны друг другу, тем более их связывает прежняя работа. Только там, пока эти двое не перебежали в горы, мы можем их схватить. Хотите прогуляться, Вадим Георгиевич, что вам все в городе сидеть? Дороги в Гвадаларе хорошие, асфальтовые, домчим за пару часов. Расстояния здесь небольшие, вечером вернемся. Участвовать в боевых действиях необязательно, да и нет там никаких боевых действий…

Зачем он согласился на эту авантюру? Должностные инструкции предполагали несколько иное проведение рабочего времени. Лично хотел контролировать процесс поимки Васкеса и Агейро? Смутили насмешливые карие глаза? Расстояния здесь и вправду были не ах. Мощный «Форд Бронко» – не новый, но надежный, с высокой колесной базой, оснащенный двигателем объемом почти пять литров – вырвался из города, уверенно катил по пригородной трассе. Патрули адекватно реагировали на документы пассажиров: отдавали честь, восклицали «Вива Куба!» – и все дороги были открыты. Внушительный Фернандес Алазар крутил руль, давил на газ, с удовольствием прислушиваясь к рычанию двигателя. Рядом с ним позевывал Аугусто Мочадо, что не мешало контролировать ситуацию за обочинами. Дорога стрелой уносилась в саванну. Колосилась жухлая трава, мелькали деревья причудливых очертаний. Населенные пункты вырастали на пустом месте и пропадали в никуда. Горячий ветер, продувающий салон, ничуть не освежал. Майор уже привыкал к этому «райскому аду», организм начинал приспосабливаться. Он находился слева на заднем сиденье, иногда поглядывал на соседку. Последняя делала то же самое – любопытство еще не утолила. Они были одеты по-походному – в невзрачную холщовую одежду, массивные армейские ботинки. Плотная рубашка, выданная молчаливым Фернандесом, сначала казалась безнадежной кольчугой. Но позже мнение поменялось, тело в ней дышало, почти не потело, только ткань испускала специфичный химический запах.

Перед отъездом из Сантамарко он дозвонился до советского посольства. Новых ЧП в учреждении не было, дипмиссия работала. «Ну слава богу, вы живы и здоровы, – облегченно вздохнул начальник охраны Каморный. – Еще немного, и пришлось бы извещать о пропаже полицию. Я понимаю, что у вас работа, Вадим Георгиевич… Недалеко от порта последней ночью зафиксировали перестрелку, нашли несколько тел. Вы же не имеете отношения к этим драматическим событиям?»

Бензин в стране пока продавали. Внедорожник пожирал его нещадно. На короткой остановке пассажиры вслушивались в звуки, доносящиеся с запада. Они напоминали отдаленные раскаты грома, но что-то подсказывало, что это не гром. Спутники Каталины машинально поправляли оружие в кобурах, скрытых под одеждой. Снова катили по дороге. В населенных пунктах стояли военные, вдоль обочин выстроились бортовые «Уралы» характерного армейского окраса, легкие бронетранспортеры советского производства. Вадим закрыл глаза. А когда открыл, удивился положению солнца – оно заметно сместилось. Вскинул руку с часами, ужаснулся. Час проспал! Отлично контролируете ситуацию, товарищ майор. Фигуры сотрудников кубинской разведки покачивались перед глазами. Эти двое не отличались любопытством и говорливостью. Хитровато посматривала Каталина. «Неужто храпел?» – испугался Вадим. Он смущался под этим взглядом, чувствовал себя каким-то недотепой и отчаянно надеялся, что внешне этого не видно.