Онлайн книга «Мирошников. Дело о рябине из Малиновки»
|
– Монастырь – этоне проходной двор. Не ходите здесь вокруг да около. Сестра Илария больна, не волнуйте ее. Сейчас ей в монастыре самое место, дабы ничто не отвлекало от мыслей о духовном. Любые мирские события не должны ее волновать, поскольку могут провоцировать приступы. Только в молитве сестра Илария найдет спокойствие. Доктор Воробьев на вопросы Мирошникова о состоянии больной ничего нового сказать не мог, повторяя все те же слова о том, что трудно избежать заложенного в генах, и главное сейчас – не допускать ухудшения состояния. Константин долго ходил по городу, поднимался на гору, возвышавшуюся над округой, смотрел на разбегавшиеся в разные стороны улочки, на бегущих по этим улицам людей и думал о том, что история, начавшаяся более ста лет назад, привела его сюда, чтобы он здесь оставил свое сердце. Конечно, он приедет в Бугульму еще не один раз, но вряд ли уедет отсюда вдвоем. *** Возвращение к привычной жизни проходило непросто. Константин часто ловил себя на том, что не может сосредоточиться на деле и слишком долго пытается понять содержание документов. Он уже не засиживался в кабинете до позднего вечера, а уходил довольно рано и долго бродил по городу, сидел в парке, глядя на важных нянь и счастливых мам с маленькими детишками. Однажды он случайно оказался рядом с кондитерской мадам Кольцовой и решил зайти. Варвара Владимировна его сразу увидела, сделала знак официантке, что сама обслужит клиента, и усадила гостя за столик в углу зала. Принеся две чашки кофе и пирожные, она присела рядом и тихо обронила: – Я почти все знаю. Мне написала игуменья по просьбе Маши. Спасибо, что не трепали имя несчастной девочки. Расскажите, как все прошло в Москве. Выслушав тяжелый рассказ, она долго сидела, прижав платочек к глазам, а потом сказала: – Спасибо. И я вам… очень-очень сочувствую. Они еще долго сидели вдвоем и пили кофе, изредка обмениваясь ничего не значащими фразами о погоде и городских новостях. Когда кофе был выпит, Варвара сказала, что принесет важную вещь и попросила подождать ее, потому как эта вещь была в ее квартире на втором этаже здания. Важной вещью оказался мешочек, в котором лежали два маленьких витиеватых ключика и листок бумаги, на котором знакомым почерком было написано «Финита ля комедия. Безделушки деда там же. Да будет так, раз так случилось» и номера банковскихячеек. Константин вдруг понял, к своему профессиональному стыду, что за организацией суда вдруг забыл о банковских ячейках на имя Клима Бессонова. Видимо, Василий до такой степени ассоциировал себя с дедом, что даже ячейки открыл на его имя. Значит, придется оформлять изъятие сокровищ, которые там наверняка хранились, перекочевав из тайной комнаты коварной изменщицы Серафимы и из ячейки, когда-то открытой самим Климом. В голове привычно сложился план работы, которую надо будет выполнить уже завтра. Варвара вдруг расплакалась и долго сидела, прижав платочек к глазам. Мирошников неумело пытался утешить ее, а она подняла на него красные от слез глаза и попросила: – Константин Павлович, вы хоть изредка заходите сюда. Вы единственный человек, с которым я могу вспомнить страдальцев-племянников. Они еще немного посидели, пока не стало слишком много посетителей. Затем хозяйка пошла по своим неотложным делам, а Мирошников отправился домой. Проходя мимо библиотеки, он вдруг заметил рыжего кота, который при виде него спрыгнул с рябины и принялся тереться о ногу. Константин подхватил кота на руки, с удовольствием ощущая теплое упругое тело: – Ну что, Вольтер? Как дела, проказник? Наверно, придется как-нибудь одного твоего сыночка взять в дом, даже если Клавка будет возражать. Надеюсь, твои детки не такие линючие, как папка. Дверь библиотеки распахнулась и показалась Рахель: – О, Константин Павлович! Вы в библиотеку? Давно у нас не были. – Нет, мадемуазель Рахель. Я был у мадам Кольцовой, сейчас иду домой. Давайте, провожу вас, расскажите, как у вас дела. – Только уговор – извольте отряхнуться. Я стесняюсь идти с таким кавалером в рыжих кошачьих волосках, а то знакомые засмеют. Вольтер, марш к хозяину. Мирошников расхохотался, с изумлением ощущая, как вдруг что-то в груди отпустило и стало легче дышать. Он приоткрыл дверь библиотеки, пропустил важного кота вовнутрь, отряхнул сюртук и брюки и зашагал рядом с Рахель, слушая ее рассказ об исторических изысканиях. Колесо истории не остановить, даже если очень сильно постараться. Готов ты к этому, или нет, но жизнь продолжается всегда. Конец истории 2025г. |