Книга Мирошников. Дело о рябине из Малиновки, страница 78 – Идалия Вагнер

– А откуда он взялся?

– Не докладывал он нам, ваше благородие, – хохотнул пристав, – только говаривали, что с Москвы прибыл. Там он с кем-то не поделил власть. А здесь пристроился хорошо. Авторитет сразу нажил. Видишь, женился даже, да взял не абы какую девицу, а дочку полковника кавалерийского. Не знаю, рад ли тесть такому зятю, но живут ведь! Он ее лелеет, кум рассказывает. Когда домик свой обустраивал, много полегло башибузуков, которые его удобство хотели нарушить и до Сычевого богатства и любимой жены добраться.

–Ну ладно, Харитон Иванович, спасибо за компанию. Надо ложиться отдыхать, будем ждать развития событий.

– Ваше благородие, ваша Клавдия ждет вас, смотрю. Огонек на кухоньке светится.

– Неугомонная эта Клавдия. Я тоже вижу этот огонек. Как бы она мне какую новость не припасла. Каждый день какие-то события с ней происходят. Бывай, Харитон Иванович.

Клавдия и сама не спала, и хозяина сна лишила. Сначала она напомнила ему про его же приказ докладывать обо всем, что случилось в доме. Константин приготовился к долгому рассказу и не ошибся. Пришлось выслушать жаркое повествование экономки сначала о том, какой прекрасный экипаж прибыл в их двор сразу после того, как он уехал на встречу с Сычом, затем о цвете и фасоне ливреи с богатым шитьем и галунами у кучера, а назакуску – о пышных усах и галантных манерах важного господина посланника. Мирошников давно уже понял, что усы – это особая тема у Клавдии, поэтому пришлось выслушать и эту информацию.

Величавый импозантный посланник оставил письмо в надушенном конверте. В нем оказалась записка от Анны Ивановны с упреками, что господин следователь опять забыл о том важном деле, которое они начали обсуждать. Записка содержала настоятельную просьбу явиться как можно скорее.

Константин раздраженно бросил письмо на стол. Он не знал, что отвечать этой непрошеной свахе.

Во сне опять пришла Машенька, которая подшучивала и подсмеивалась над непростой ситуацией. Константин умолял ее вернуться и спасти его от заботы супруги предводителя дворянства, а Маша отрицательно качала головой.

Парнишку Фадея Коняхина Мирошников решил выпустить. Судить и сажать в тюрьму за кражу негодящих, на его взгляд, бумажек, было довольно жестоко. Может, какой-то другой следователь счел факт кражи достаточным для осуждения, но Константин решил, что парнишка получил сполна страха. Он, конечно, заставил переживать семейство Ицковичей, но утром на удивление смущенный ювелир самолично явился в участок и попросил парня не наказывать.

Парню как следует всыпали ребята-городовые, которые его ловили, да отпустили домой. Несчастный влюбленный казался непомерно счастливым, поскольку уже настраивался на каторгу. Была надежда, что в следующий раз вспомнит это приключение, когда рука потянется к чужому.

Потом следователь внимательно посмотрел свои записи с отметками о том, откуда пришли ответы на запросы о брате и сестре Куприяновых. С некоторых пор он решил вести поиск в частном порядке, не загружая канцелярию, поскольку, чего греха таить, был самой заинтересованной стороной.

Как оказалось, Куприяновых было достаточно много в близлежащих местностях. И даже несколько вариантов попалось, когда совпадали оба имени. Встретилось и такое, что были одинаковыми и имена, и отчества, и фамилии, только возраст оказался далеким от искомого. Так, чтобы совпало все, пока не было.