Книга Парасомния, страница 117 – Дмитрий Ковальски

При мысли о Финли внутри взорвался очередной снаряд из недалеко прошлого – фрагмент воспоминания, в котором Эван сидит на Финли сверху и молотит его своими кулаками.

– Вероятно, он выжил, – сказал Эван и с недоверием посмотрел на свои сбитые кулаки.

Финли заметил Капитана на подходе к убежищу. Он не стал мудрить, а занял соседний дом, куда перенес наиболее ценные, на его взгляд, вещи. Его прошлое моряка подсказывало ему, что близится шторм, поэтому лучшим укрытием будет второй этаж дома с устойчивыми стенами. Там он и сидел у окна, попивая через покрытые кровавой коркой губы ром.

Он хотел было схватить карабин и выстрелить – тем более что момент был удачный, капитан застыл на несколько секунд у входа, – но побоялся, что промажет – видеть он мог только одним глазом, второй исчез под багровыми складками отекшей кожи. А если он промажет, то выдаст и себя, и свое укрытие.

Финли опустил карабин и неаккуратно отхлебнул немного из бутылки. Алкоголь обжег ранки на лице. Губы вяло шевелились.

– Тыщ у менщя еще ответищь, щученыщ…

Прошло два дня с тех пор как Капитан его чуть не убил, и все эти два дня Финли молился дьяволу, чтобы тот дал возможность поквитаться. Следовало все обдумать, сделать все тихо, чтобы наверняка.

Он сделал еще пару глотков и закрыл глаз. В его голове рисовались фрагменты картины, как он расправляется со своими врагами. Как он насмерть забивает кулаками Капитана, а потом обоссывает его тело. Как он по кусочку срезает кожу с индуса, пока тот не помирает от потери крови. И как он, распираемый собственной значимостью и смелостью, выпускает весь барабан своего старенького «Ремингтона» в голову Гарпа. Эти фантазии заставляли его радоваться, как ребенка…

Сидя на кухне, вооружившись револьвером и карабином, Эван почувствовал сильное недомогание, вызванное переутомлением и голодом. Тело, работавшее на адреналине, начало слабеть. Задрожали руки, ноги стали ватными. Нужно поесть, иначе спасительный побег может закончиться глупой смертью от голода.

Еще что-то не давало Эвану покоя. Он вдруг почувствовал, что за ним следят. Такое в его жизни уже бывало, и это ощущение ни с чем не спутаешь. Чтобы хоть немного успокоить параноидальные мысли, пришлось забаррикадировать дверь в столовую, где Эван планировал сразу после ужина немного вздремнуть.

Сон пришел быстро, на этот раз без кошмаров. Он лишь видел образ доктора, который выпал из лодки при неудачной волне. Однако сейчас волн не было, море было спокойным и кристально прозрачным. Эван наблюдал из лодки, в которой остался один, как безмятежно уходит на дно Август Морган. В этом была притягательная магия.

Возможно, он бы испугался или как минимум удивился, узнав, что в этот момент в своем сне Август видит сквозь толщу воды его, сидящего в лодке и наблюдающего за тем, как тот погружается все глубже.

Август не мог вспомнить имя человека, которого он видел. Он смутно помнил его и как будто бы знал, но напрягать свою и без того утомленную память не хотел.

Морская вода сдавливала тело и не давала нормально дышать. Август покорно опустился на самое дно и растянулся на песке. Морские водоросли обвили его тело, вода проникала в легкие. Теперь точно конец.

Вне сна Август чувствовал, что его кровеносная система на пределе, и еще одна доза просто разорвет сосуды. Его ждала ужасная смерть. Вероятно, поэтому он, немного чувствуя свое тело, угадал момент приближения Пити с очередной иглой. Август ничего не слышал, но предполагал, что тот примеряется и ищет новое место, а значит, осталось совсем немного. Стоило попросить прощения у девочки – чувство вины камнем лежало на сердце. Но Август считал, что сделал все, что мог.