Книга Парижский след, страница 29 – Иван Любенко

Покинув посольство, Ардашев направился в расположенную через дорогу контору банка «Лионский кредит».

Внутри за стеклянной перегородкой тянулась стойка с латунными рейками по углам. Высокий счетовод в накрахмаленных манжетах склонился над толстой книгой. Подойдя к окошку, Клим обратился:

— Прошу простить, месье. По моему аккредитивному письму Международного коммерческого банка Санкт-Петербурга прошу выдать часть суммы — тысячу франков. Вот письмо и паспорт.

— Разрешите. — Клерк аккуратно принял документы. — «Lettre de crédit»^[46]… Международный коммерческий… Да, у нас с ним корреспондентские отношения. Подпись управляющего совпадает, срок действителен. Желаете наличными?

— Если можно, купюрами. И отметку по письму.

— Разумеется. Поставьте, будьте любезны, подпись здесь и здесь. — Он повернул к Климу толстую книгу реестра и оборот аккредитивного письма. — Как в паспорте.

Клим подписался Klim Ardachev, ровно, без завитушек.

— Благодарю, месье. Комиссия — четверть процента. С учётом сбора к выдаче — девятьсот девяносто семь с половиной франков. Желаете крупными купюрами или предпочтёте по сто франков? Можем выдать и золотыми наполеондорами^[47].

— Девятью по сто и остальное мелкими, если не затруднит.

Клерк кивнул, поставил на обороте письма резиновую печать: «Уплачено: 997,5 франка. Отделение “Лионского кредита”, улица Гренель, 92», сделал отметку о дате и остатке к распоряжению, затем отсчитал и подал через окошко стопку голубоватых банкнот и квитанцию.

— Пожалуйте. Остаток по вашему аккредитиву всегда готов к выдаче в любом из наших агентств по всей Франции.

— Превосходно. — Клим пересчитал деньги, убрал бумажник и документы. Он на мгновение задержался, будто собираясь с мыслями. — И ещё один вопрос, месье… Нужен совет. В скором времени мне предстоит перевести в Россию крупную сумму, возможно, до ста тысяч франков. Мой приятель очень хвалил ваши ценные бумаги, что-то вроде векселя на предъявителя. Говорил, это надёжнее, чем везти с собой наличные.

Клерк придвинул к переносице очки, польщённый профессиональным вопросом.

— Совершенно верно, месье. Мы можем выписать вам банковскую тратту на предъявителя. Это действительно самый безопасный способ. Однако наш банк имеет отделения не во всех городах Российской империи — только в Санкт-Петербурге, Москве и Одессе. Получить по ней деньги можно будет там.

— Любопытно. — Клим сделал вид, что растерялся, и пожал плечами. — Мой знакомый уверял, что это возможно даже в провинции. Кажется, он упоминал Нижний Новгород…

— На ярмарке? — оживился клерк. — Там у нас бывает сезонная контора. Да, в виде исключения они могут проводить такие операции.

— Он так хвалил удобство, что я, кажется, даже записал номер его бумаги как образец. — Клим вынул блокнот и неторопливо полистал, будто ища нужную страницу. — Ах да, вот… — Он наклонился к окошку и продиктовал, словно сверяясь с записью: — Триста сорок семь, восемьсот двадцать один.

Клерк, повинуясь профессиональному инстинкту, тут же потянулся к большой кожаной книге с цветными закладками. Для него это была уже не праздная беседа, а проверка данных. Он провёл пальцем по столбцам, внимательно сверяя данные. Его губы беззвучно повторили цифры.

— Да… — произнёс он наконец. — Этот номер есть в реестре. Банковская тратта на сто тысяч франков, на предъявителя. Но ваш знакомый что-то напутал. Она выдана не в Нижнем Новгороде, а нашим центральным агентством в Санкт-Петербурге. Двадцать седьмого мая сего года по юлианскому календарю или восьмого июня по григорианскому.