Книга Бисквит королевы Виктории, страница 16 – Елена Михалёва

– Соглашусь с вами, Иван Васильевич, – взгляд Воронцовой снова заскользил по рядам окон. Здание было старым и огромным. Девочка могла спрятать бумаги где угодно. – А эти документы какого размера?

– Не уверен, но полагаю, что не больше конверта, – уклончиво ответил пристав, а затем высказал то, что Воронцова и без того поняла: – Мария Фёдоровна даёт вам поручение чрезвычайной важности. Вам надлежит отыскать эти пропавшие бумаги раньше людей, выкравших девочку. Я бы предпочёл закрыть институт на неделю-другую под предлогом карантина и заглянуть под каждый камушек, но Её Императорское Величество иного мнения. Она считает, что поиски должны произвестись тихо, руками человека, который был знаком с девочкой достаточно близко, чтобы вычислить её тайник. При этом такой человек свято верен государству. По счастью, Варвара Николаевна…

– Есть я для подобных целей, – договорила за него Воронцова.

– Именно, – Шаврин чуть подался к ней и шепнул: – Считайте это проверкой вашей… хм… деликатной договорённости.

Разумеется, отказать Императрице Варя не посмела бы, даже не будучи вовлечённой в тайное общество. Теперь же на кону стоял некий государственный секрет, опасный до такой степени, чтобы убивать из-за него художников и похищать маленьких девочек. Устраивать переполох с поисками было рискованно. А вот возложить на плечи обыкновенной институтки – вполне оправданно. И если это проверка, Варя обязана её пройти.

– Неужели Мария Фёдоровна столь высоко ценит мои способности?

– Я бы даже сказал, питает очень большие надежды. Прошу, не подведите.

– Сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать ожидания Её Императорского Величества, – Варя сглотнула, поборов дрожь в голосе. – Но что же будет с милой Кэти?

Шаврин посмотрел на девушку долгим, оценивающим взглядом. Решал, стоило ли посвящать Воронцову в детали. Вероятно, счёл, что это ни к чему, поэтому ответил весьма коротко:

– Её, разумеется, ищут, но существует прискорбная вероятность, что вашей юной подруги в живых уже нет.

Вся эта история виделась Варе бесконечно возмутительной, а особенно та её часть, в которой оказалась замешана безвинная девочка.

Кэти украли из-за каких-то бумажек, пускай и сколь-либо ценных, но ни одна бумага наверняка не стоила жизни ребёнка. Девочку, вероятно, мучили, выпытывая месторасположение тайника, которого она могла и не знать. Столь прямолинейные слова пристава о том, что Кэти убили, не напугали Варю. Нет. Они её разозлили. Всколыхнули в душе глубокий протест, который Воронцова смогла усмирить лишь благодаря строгому воспитанию в Смольном: когда нужно, она отлично умела прятать чувства за безупречной учтивостью.

Отказаться от возложенного на неё поручения Варя тоже не посмела. Раз Её Императорское Величество приказала, значит, содержимое тех документов способно сгубить гораздо больше душ, чем уже сгубило. Однако и от размышлений о пропаже Кэти отделаться было попросту невозможно.

Шаврин покинул институт. Воронцова послушно возвратилась к занятиям. Но она решила не только искать тайник с документами, но и приложить все усилия, чтобы выяснить, кто именно похитил Кэти. Варя отрицала малейшую вероятность её гибели, что бы там ни думали приставы. От мимолётной мысли о том, что в эту минуту над девочкой издевались, ей становилось дурно.