Книга Бисквит королевы Виктории, страница 80 – Елена Михалёва

– Разве же такое качество у меня всего одно? – лорд Моррис обиженно скривил губы. – А как же все эти слухи о том, что я собираюсь отравить вас, любимая кузина, пока я ваш единственный наследник, – на ходу он по-дружески поприветствовал Фабиано, пожав его протянутую руку, и похлопал по плечу секретаря Бурнашева. – Не сегодня, дорогой мой Василий Львович. Мышьяк я забыл в Лондоне, простите.

Секретарь мгновенно побагровел и пробормотал нечто нечленораздельное. А вот итальянец, напротив, от души засмеялся.

– Оставь уже эту чепуху, Стивен, – леди Хилтон покачала головой. – Мы с Василием Львовичем тогда просто пошутили, оформляя моё завещание. Ты долго нам будешь это припоминать?

– Alas. You can’t fight the city^[40], – его произношение показалось Воронцовой очаровательным, равно как и британский акцент, который лорд Моррис даже не пытался сгладить.

Он остановился, чтобы пожать руку Герману Борисовичу и поцеловать ручки смолянкам, пока баронесса знакомила их. Лорд Моррис обошёл стол, приветствуя всех с разной степенью фамильярности (менее всех он уделил внимания доктору Мельникову, более всех – виконту и его флегматичной дочери), после чего занял своё место за противоположным концом стола, оказавшись ближе всех к Нине Адамовне.

Впрочем, на том эпатажное поведение молодого лорда несколько приутихло. А Варя неизбежно задумалась о том, мог ли этот человек быть причастным к пропаже Кэти, если бы баронесса пожелала удочерить сиротку и включить её в список своих наследников. Впрочем, леди Хилтон вовсе не была стара. Она вполне могла повторно выйти замуж и обзавестись собственными детьми. Баронский титул они бы не получили, но состояние унаследовали бы весьма крупное. Уж в поклонниках столь богатая красавица, как Анна Беатрис Хилтон, явно не знала нужды.

– Прекрасный стол для нас сегодня накрыт, – от души похвалил граф Разинский. – Боюсь, одной чашечкой тут не обойтись.

Леди Хилтон, которая деликатно помешивала чай, подарила ему одну из своих сдержанных английских улыбок. Её чайная ложка двигалась из стороны в сторону, как маленький маятник, который не касался фарфоровых стенок.

– Вам и ни к чему довольствоваться одной чашечкой, Кирилл Тимофеевич. Мы ведь никуда не торопимся, а вечер только начался, – она вынула ложечку и беззвучно положила её на блюдце таким простым и элегантным движением, что Варя невольно залюбовалась. – Знаете, как говорят? Семь чашек чая помогут проснуться, девять чашек помогут заснуть.

Граф Разинский усмехнулся.

– Благодарю вас, но так много я не выпью. Хоть чай у нас и отменный, должен признать.

– Так мы пьём не простой чай, а из того ассортимента, который вы везёте в Россию? – просияла Воронцова.

– Разумеется, – баронесса Уайтли медленно кивнула. – Я доверяю только тем поставкам, в качестве которых полностью уверена.

Под пристальным взором леди Хилтон Варя взяла блюдце вместе с чашкой, придерживая её за тонкую ручку, затем поднесла к губам, чтобы сделать маленький глоток. Вкус сдобренного молоком напитка оказался смешением свежего, чуть цитрусового чая с лёгкой сливочной сладостью и мягкой горчинкой в послевкусии. Воронцова не считала себя ценительницей гастрономических изысков, но чай ей понравился.

– Восхитительно, – коротко похвалила она, чем заслужила одобрительную улыбку леди Хилтон.