Книга Коварный гость и другие мистические истории, страница 133 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

– Нет, нет, – заверила я. – Только напугала до полусмерти.

– В будущем, – сказал он, – полагаю, она будет вести себя лучше. И я уверен, что после случившегося ни она, ни ты не будете искать дальнейших встреч.

Это пугающее происшествие заронило в мою душу множество болезненных сомнений и дало пищу для малоприятных размышлений.

Все мои попытки добиться правды не увенчались успехом; лорд Гленфаллен уклонялся от моих расспросов и в конце концов напрямую запретил мне заводить разговоры на эту тему. Мне оставалось только довольствоваться увиденным своими глазами и верить, что время даст ответы и залечит раны, нанесенные мне этим событием.

Манеры и настроение лорда Гленфаллена постепенно менялись, и не в лучшую сторону. Он все больше молчал, не слушая меня, говорил со мной отрывисто и даже грубо, его разумом завладела мрачная тревога; она лишила его радости и испортила характер.

Вскоре я поняла, что веселость не была искони свойственна его нраву, а рождалась скорее под влиянием суеты и насыщенности светской жизни. С каждым днем я все больше убеждалась, что радушие и добросердечие, покорившие меня, были всего лишь внешним проявлением хороших манер. К моему величайшему недоумению и горю, веселый и добродушный дворянин с открытым сердцем, много месяцев ухаживавший за мной, стремительно превращался в мрачного угрюмца, заботящегося только о себе. Открытие было горьким, и я долго прятала его даже от самой себя; но отрицать очевидное было невозможно, и пришлось поверить, что лорд Гленфаллен больше не любит меня и даже не пытается скрыть перемену в своих чувствах.

Однажды утром, после завтрака, лорд Гленфаллен в молчании долго расхаживал по комнате, погрузившись в мрачные размышления, потом внезапно остановился и, обернувшись ко мне, воскликнул:

– Итак, я решил! Решил! Мы должны уехать за границу и там остаться. И если это не поможет – что ж, придется поискать более действенные средства. Леди Гленфаллен, я попал в весьма затруднительное положение. Жена, как вы знаете, должна оставаться рядом с мужем и в радости, и в горе; но я готов пренебречь этим условием, если вы предпочтете остаться здесь, в Каэргиллахе. Однако я не хотел бы, чтобы вас видели в других местах без почестей, подобающих вашему титулу; кроме того, это разбило бы сердце вашей несчастной матери, – мрачно усмехнулся он. – Так что решайте – Каэргиллах или Франция. Я планирую уехать через неделю, так что время на размышления у вас есть.

Он вышел из комнаты, и через несколько минут я увидела, как он проскакал мимо окна в сопровождении верхового слуги. А уезжая, велел прислуге поставить меня в известность, что он вернется не раньше чем завтра.

Я долго не могла решить, что же мне делать – сопровождать ли его во внезапно задуманной поездке на континент. Мне показалось, что это будет слишком рискованно: здесь, в Каэргиллахе, меня всегда поддерживала уверенность, что если он в припадке дурного настроения обойдется со мной жестоко, то я всегда могу найти поддержку и защиту у своей семьи, а во Франции мое общение с родными будет сильно затруднено или совсем недоступно.

Перспектива же остаться в Каэргиллахе грозила, судя по всему, неведомыми опасностями и казалась ненамного более привлекательной, чем поездка на континент. И все же мне придется смириться либо с тем, либо с другим вариантом, ибо отказ от них будет означать полный разрыв с лордом Гленфалленом. С этими неутешительными мыслями я прилегла отдохнуть.