Книга Убийство в Петровском парке, страница 34 – Роман Елиава

– Чем? Да, готовила цельний день. Как приехали гости-то, всё время на кухне: то картошку постить, то ещё что, даже на улицу не выйти. Вона пришлось Надежду Константиновну на рынок отправить за продуктами, обычно я хожу,– не умеет она совсем выбирать, даже картоху и ту гнилую может принести.

– Вы хорошо готовите?

– А то! Иначе Дмитрий Евгеньевич бы не держали. Вообще, сами-то они немного едят и непривередливы. Но ежели гости, то надобно их кормить, чтоб от пуза. Чтобы всякие блюда заморские. Вот и кручусь с утра, – с жаром закончила Варька.

– Где же Вы научились заморские блюда готовить?

– А в ресторации. Помогала на кухне, – я сметливая, – помогала и смотрела. Повар у нас был француз, всё мерси да пардон.

– Сюда как попали?

– Так Дмитрий Евгеньевич всегда в ресторацию заходил. А тут француз, Ален наш, приболел, Дмитрий Евгеньевич уйти хотел, а я говорю, давайте, сама сготовлю. И сготовила так, что он кушать всё время заказывал. Вот и понравилось ему.

– И, что же, Вы теперь здесь живете? Вы довольны работой?

– Да, оплата щедрая, не то, что в ресторации. А там объедки, а здесь я и себе, и прислуге готовлю из хозяйских же продуктов.

– Дмитрий Евгеньевич, значит, хороший хозяин.

– Все души в нем не чают, ну, если Митрич только…

– А что Митрич? – поинтересовался Иван.

– Из-за меня это, – засмущалась было Варька, а потом посмотрела прямо в глаза Ивана, – приставать ко мне удумал окаянный – седина в бороду, так Дмитрий Евгеньевич ему кузькину мать показали, пригрозили уволить и сослали в усадьбе сидеть зимой, «пыл охлаждать».

– Так значит, Варвара Никаноровна, Вы целый день провели на кухне?

– Как начала к завтраку готовить, так и до ужина не выходила.

– К Вам на кухню кто заходил?

– Надежда Константиновна заходила, помогала. Дмитрий Евгеньевич заходил, сказал, что к ужину готовить, вот и пришлось отправить Надежду Константиновну на рынок.

– И она как пришла с рынка, так и помогала готовить, никуда не выходила?

– Как же не выходила? Выходила гостиную перед ужином прибрать. Вы разве не слыхали? Она и бумаги краденые нашла!

– Да, она мнерассказала. А Вы что думаете? Мог это сделать кто-то из прислуги?

– Да что Вы, ей богу!

– А кто бы мог? – спросил Иван.

– Да не знаю я. Но это не Надежда Константиновна. Вы же на неё подумали? Нет, она строгая, но порядошная, давно уже здеся, – Варвара ненадолго запнулась, а потом сказала, – думаю, даже влюблена она тайно.

– В кого?

– В кого-кого, знамо в кого, в Дмитрия Евгеньевича.

– В Дмитрия Евгеньевича? – удивился Трегубов.

– Да. А документы пропавшие у гостей евойных ищите. Пользуются, понимаешь, добротой Дмитрия Евгеньевича, живут здесь, и только жрать им подавай.

Граф Константин Егорович Исаев по возрасту казался ровесником хозяина дома, да и внешне он сильно напоминал князя. Можно было даже сказать, что граф выглядел, как более породистая и манерная версия Бронского. Каменное выражение лица и пронзительный взгляд карих глаз, в которых читалась уверенность графа в превосходстве над окружающими.

– Позвольте, я присяду там, здесь солнце бьёт прямо в глаза, – сказал Исаев бархатным голосом и, не дожидаясь разрешения, сел в кресло сбоку от Трегубова.

Ивану пришлось развернуться, и теперь именно его лицо было на солнце, а граф устроился в тени.