Книга Дочь Иезавели, страница 40 – Уильям Уилки Коллинз

Муж в своей мягкой манере дал мне понять, что готов пожертвовать нашим благополучием ради своего профессионального роста. Ты искренне пожалела бы меня, если б увидела, как одеваются дамы в этом богом забытым местечке и какую они несут ахинею. У меня теперь только одно утешение – прелестный ребенок, девочка, я чуть не сказала «ангел». Интересно, любила ты своего первенца с той же силой? И забыла ли о муже, когда впервые прижала его к груди? Ответь мне.

^{№ 3. 1811 г.}

Я не могла не написать тебе, иначе, не облегчив душу, совершила бы нечто ужасное. В прошлом году мне удалось вытащить мужа из опостылевшего университета. Но Германию он не покидает и ведет дела с заплесневелыми старыми докторами (которых называет «князьями науки»), вместо того чтобы вернуться в Париж, поселиться в красивом доме и продвигаться с моей помощью вверх по карьерной лестнице. Я из тех женщин, которые заводят салоны и через влиятельных людей устраивают дела мужа. Но я не должна думать об этом. Меня сводит с ума то, что произошло после.

Шесть недель назад в оставленном нами университете состоялся медицинский конгресс. За тему, которую разрабатывал муж, можно было получить премию. Профессиональный интерес подтолкнул его принять участие в борьбе. И так мы снова оказались в ненавистном городишке среди неинтересных людей.

Конечно, муж возобновил свои научные изыскания, и я снова оказалась в обществе безвкусно одетых пустых сплетниц. Но это еще цветочки. На химическом факультете объявился новичок, поступивший в университет сразу после нашего отъезда. Этот дьявол – иначе его не назовешь – околдовал моего доверчивого мужа и разрушил мои надежды.

Он венгр. Низкорослый, грязный, худой, как скелет, с руками, как клешни, глазами, как у дикого зверя, с отвратительной лицемерной улыбкой на устах. Откуда он – никто не знает. Все в университете считают его лучшим экспериментальным химиком нашего времени. Профессора от него в восторге, а студенты называют его «новым Парацельсом».

Однажды я спросила, надеется ли он получить золото. И венгр ответил со своей отвратительной ухмылкой: «Да, и бриллианты тоже – были бы только время и деньги». Он верит, что и философский камень возможно создать, и убежден, что близок к открытию взрывчатого вещества такой разрушительной силы, что оно остановит войны, сделав их немыслимыми. Еще он утверждает, что с помощью электричества уничтожит пространство и время, а пар превратит в движущую силу, и путешественники смогут передвигаться по свету со скоростью мили в минуту.

Ты спросишь, к чему я пересказываю тебе этот бред? Дорогая, этот хвастливый проходимец подчинил себе моего мужа, лишил разума и уничтожил мое влияние на него. Ты думаешь, я преувеличиваю? Муж категорически отказывается отсюда уезжать. И держит его здесь отнюдь не премия. Муж говорит, что врачебная практика ему опостылела и теперь он посвятит свою жизнь химическим изысканиям.

И за этого человека я вышла замуж в полной уверенности, что его ждет блестящая карьера! Ради этого презренного существа я пожертвовала своим положением и оттолкнула от себя отца. Меня ожидает нищенская судьба жены профессора, который ставит опыты перед оболтусами-студентами. А тем временем друзья в Париже, насколько мне известно, готовы хоть сейчас представить его к императорскому двору. Если муж будет и дальше тянуть, место достанется другому претенденту.