Книга Дочь Иезавели, страница 83 – Уильям Уилки Коллинз

– Почему вам так интересно это знать? – спросила она. – Или думаете, что лекарство может вам понадобится?

Джек жадно пожирал глазами яд.

– Оно быстро снимает усталость и облегчает головную боль, – ответил он, повторяя ее слова. – Может, я и коротышка, но подчас ужасно устаю. Вы даже не представляете, до какой степени.

Вдова утерла платком лоб.

– От камина идет жар, – сказала она.

Джек не обратил внимания на ее слова – он еще не закончил перечислять свои недуги, желая доказать право на малую дозу чудодейственного лекарства.

– Иногда у меня с головой бывает совсем плохо, – жаловался он. – Если я скажу или сделаю что-то неправильное, госпожа может целый день со мной не разговаривать. И тогда я готов повеситься. Если б вы видели меня в такие минуты, то пожалели. Я в этом уверен.

Ничего не ответив, вдова торопливо направилась к двери.

– Там кто-то есть! – воскликнула она. – Кто-то хочет со мной поговорить.

– Я ничего не слышу, – сказал Джек. – А у меня самый острый слух в доме.

– Подождите минуту. Пойду взгляну.

Мадам Фонтен вышла из комнаты, закрыв за собой дверь, и быстро пошла по пустому коридору. Приоткрыв окно в конце коридора, она подставила лицо холодному ветру. Ее охватило сумасшедшее чувство облегчения. Чувствуя себя почти на грани безумия, она не понимала, отчего это. Невинные попытки Джека выманить яд, эта жалкая простота, потрясли ее сложную, порочную натуру. Она видела наперед задуманное ею преступление и содрогалась при мысли о своем дьявольском коварстве. «Что со мной? – вопрошала она в глубине души. – Сейчас у меня такое чувство, что я могу собственноручно уничтожить все яды из ящика в шкафу».

Мадам Фонтен медленно возвратилась по коридору в свою комнату. Свежий воздух ее взбодрил, она обрела прежнюю силу духа. Глядя на бутылочку с ядом, которую она механически сжимала в руке, вдова улыбнулась, вспомнив свою минутную слабость. «Этот слабоумный коротышка может натворить много дел до свадьбы, – думала она, – однако… однако…»

– Был в коридоре кто-то? – спросил Джек.

– Неважно, – машинально ответила вдова. Почему-то ей вспомнился день, когда муж вытащил это тщедушное существо с того света. Странно, что воспоминание о покойном муже пришло к ней именно сейчас.

Джек вернул ее к действительности, протягивая оставленную на столе мензурку.

– Мне страшно при мысли о том, что я натворил, – сказал он. – Но цвет у лекарства такой красивый – хочется еще разок взглянуть.

Вдова молча взяла мензурку, так же молча отмерила две роковые драхмы и показала ему.

– Перелейте лекарство во что-нибудь, – умоляющее попросил Джек, – и дайте мне на хранение. Я чувствую, оно может мне понадобиться.

По-прежнему не говоря ни слова, мадам Фонтен извлекла из несессера маленький флакончик, налила в него яд и аккуратно ввинтила стеклянную пробку. Джек потянулся к флакону. Неожиданно вдова отдернула руку.

– Нет, – решительно сказала она. – Я передумала и ничего вам не дам.

– Почему?

– Потому что вы болтун. У вас язык без костей. Вы каждому в доме по секрету расскажете, что я дала вам это чудесное лекарство. Всем его тоже захочется – и я останусь ни с чем.

– Какая вы эгоистка! – упрекнул ее Джек. – Впрочем, это естественно. Дайте флакончик, я положу его в карман и никому не скажу ни слова. Дайте! Ну же!