Онлайн книга «Бельфонтен и тайна Нила»
|
– Месье Бельфонтен, – сказал он, не улыбаясь. – Вы что, решили устроить мне обыск? – Я решил устроить вам… помощь, – спокойно ответил Жюльен, входя. Номер – просторный, с видом на Нил, с дорогой мебелью, с запахом табака и одеколона. Всё – на своих местах. Всё – идеально. Слишком идеально. – Начнём с пиджака, – сказал Жюльен. – Того, на котором след вина. – Он в шкафу, – буркнул Арман. Жюльен открыл шкаф. Нашёл пиджак. Достал. Осмотрел. След – на левом рукаве. Красное вино. Свежее. Не втертое. Не выстиранное. Как будто… пролили вчера. – Вы сказали, это было за ужином. Но за ужином пили белое. – Я… перепутал. Я наливал себе красное. Из графина. Не из бутылки. – Какого графина? – Ну… того, что стоял на столе. Для тех, кто хотел красное. – На столе был только «Шато Марго». Из личной бутылки графини. Которую она открыла… в своём номере. Арман замолчал. Потом – сел на кровать. – Ладно. Вы правы. Я был у неё. После ужина. Мы… поговорили. Она сказала, что подаёт на развод. Я… разозлился. Мы поругались. Я схватил бокал. Плеснул в неё. Ушёл. – Во сколько это было? – Без двадцати одиннадцать. Примерно. – А потом? – Потом я пошёл курить. На террасу. Потом – в бар. Потом – сюда. Спать. – Один? – Да. Один. – Кто может подтвердить? – Никто. Жюльен кивнул. Подошёл ктуалетному столику. Открыл ящик. Там – письма. Конверты. Фотографии. Одно письмо – с печатью нотариуса. Дата – вчерашнее. Он развернул. «Уважаемый месье де Вилье,Подтверждаем получение вашего заявления о расторжении брака с графиней де Монвель. Процедура начнётся немедленно по прибытии в Париж.С уважением,Ж. Леклерк, нотариус» Жюльен показал письмо Арману. – Вы подали на развод… до того, как она сказала об этом? – Да, – тихо ответил Арман. – Я знал, что она это сделает. Я… опередил её. – Почему? – Потому что хотел… сохранить лицо. И часть состояния. Если бы она подала первой – я бы остался ни с чем. – А если бы она умерла – вы получили бы всё. Арман резко поднял голову. – Вы что, думаете, я её убил?! – Я думаю, что у вас был мотив. И возможность. И… отпечаток вина на пиджаке. – Я не убивал её! – крикнул Арман. – Да, я ненавидел её! Да, я хотел развода! Но я не убийца! Жюльен закрыл ящик. Подошёл к чемодану. Открыл. Там – костюмы. Рубашки. Галстуки. И… пачка долларов. Завёрнутая в газету. – Это что? – Мои деньги. Я везу их в Париж. Для сделки. – Какой сделки? – Покупка виллы. Я же говорил. – А почему в долларах? Не в франках? Не в фунтах? – Потому что продавец – американец. Ему нужны доллары. Жюльен кивнул. Закрыл чемодан. Оглядел номер. – Ещё одно. Вы знаете древний египетский? – Нет. Ни слова. – Тогда почему у вас в кармане пиджака – египетская монета? Очень редкая. Арман замер. – Это… сувенир. Купил в Александрии. У антиквара. – Антиквар – доктор Харгривз? – Да. Он… торгует монетами. – А вы – контрабандой артефактов? Арман побледнел. – Что?! Нет! Я просто… коллекционер! – Тогда почему у него в записях – ваша фамилия? И сумма? 15 тысяч франков. За «две статуэтки и керамику»? Арман не ответил. Просто сидел. Смотрел в пол. Жюльен закрыл блокнот. – Не покидайте отель, месье де Вилье. И… не трогайте документы. Он вышел. Оставив Армана одного. С виски. С бритвой. С… совестью. Следующая – номер Лейлы. Она открыла дверь в платье цвета заката, с глазами, как у кошки, и губами, как у опасной женщины. В руках – бокал вина. Взгляд – как у танцовщицы, которая знает: её тело – оружие, а взгляд – приговор. |