Книга Этот человек опасен, страница 43 – Питер Чейни

– Завтра вечером я свободна, – отвечает она. – Мисс ван Зельден обедает со своими друзьями.

– Отлично.

Говорю ей, что знаю неплохой ресторанчик на Грик-стрит, и предлагаю встретиться там.

Иду по Пэлл-Мэлл и добираюсь до района Сент-Джеймс. Вот и моя Джермин-стрит. Оглядываю улицу. Так и есть: напротив дома, где я живу, толчется фраерок и дымит сигаретой. Вид у него усталый. Похоже, это один из парней Сигеллы – следит за моей квартирой, а то вдруг я пропал или что-нибудь еще. Сигелла по-прежнему мне не доверяет.

Поднявшись к себе, наливаю порцию бурбона, сажусь и начинаю кумекать. Пока для меня все обстоит недурно, да и для Сигеллы тоже. А вот гибель Макфи серьезно осложняет мне последующие действия.

Понимаю, что перенапрягать голову сейчас бесполезно. Я изрядно устал, да и рука по-прежнему болит, поэтому заваливаюсь спать. Вообще, кровать – потрясающее место. Если бы побольше парней подольше не вылезали из кроватей, не шастали и не мутили разные делишки, в мире было бы куда спокойнее.

Просыпаюсь около шести вечера. Появляется парень из обслуги и сообщает, что меня желает видеть некий джентльмен по фамилии Сигелла. Я прошу проводить этого джентльмена ко мне, а также принести виски и кофе.

Вскоре он возвращается вместе с Сигеллой. Итальяшка выглядит шикарно. На нем вечерний костюм с белым галстуком. Грудь его рубашки расшита жемчугом. Представляю, какую кучу денег стоит эта рубашечка.

Я сажусь на кровати и зеваю.

– Ну что, Сигелла, как дела? – спрашиваю я.

Он садится и достает из платинового портсигара сигарету. Улыбается своими тонкими губами. Думаю, Сигелла – один из тех парней, которые улыбаются лишь губами, а до глаз улыбка никогда не доходит. Глаза у них всегда жесткие и холодные, как голубые льдинки. Такие глаза у большинства крупных гангстеров. Сигелла закуривает, делает несколько затяжек, потом смотрит на меня.

– Знаешь, Лемми, – говорит он, – надо отдать тебе должное за умелые действия на борту «Принцессы Кристабель». Ведь умеешь ты хорошо работать, когда захочешь.

– Да будет тебе, – отмахиваюсь я. – Задачка оказалась легкой. И кто вообще такой этот Гойяз?

Сигелла улыбается и наполняет мою спальню облачками дыма.

– Сдается мне, Гойяз больше никому не помешает. – Он смотрит мне прямо в глаза.

– Сигелла, ты о чем? – спрашиваю я.

– О том, что ты отлично сработал, – отвечает он. – Лучше так, чем он бы и дальше путался под ногами. Я очень рад, что ты угостил его свинцом.

– Да будет тебе, – отшучиваюсь я. – Откуда ты знаешь, что это я угостил его свинцом?

Сигелла снова лыбится. У него прекрасные зубы.

– Лемми, а чем, по-твоему, я занимался прошлой ночью? Когда Констанс позвонила и сказала, что Гойяз заманил Миранду на свою яхту, мне это очень не понравилось. Особенно когда я узнал, что Лотти и шайка удерживали тебя на Бейкер-стрит. Я решил встрять. Тебе и невдомек было, что я с шестью парнями целых три часа торчал возле левого борта «Принцессы Кристобель», на случай если ты дашь маху. Ну а когда ты попотчевал Гойяза свинцом и отправил нырять, я понял, что дело сделано, и мы тихо свалили.

– Недурно, – оцениваю я. – Все сошлись в одной точке. По-моему, Гойяз стал уж слишком наглеть.

Он кивает.

– Лемми, согласись, что ты все умело обстряпал. Ты вернул мисс ван Зельден десять кусков, которые она просадила у Гойяза?