Книга Этот человек опасен, страница 87 – Питер Чейни

Говорю, что к четверти двенадцатого рассчитываю уже быть в конце Джермин-стрит. Когда Конни вешает трубку, иду в ванную, снова звоню Херрику и рассказываю, как выглядит машина Конни. После этого снова заваливаюсь в кровать. Я вам уже говорил о своей любви к кроватям.

Просыпаюсь в четверть одиннадцатого и прошу парня из обслуги принести мне большой стейк. Потом одеваюсь, прилаживаю кобуру с «люгером», хотя мне почему-то кажется, что толку от пистолета будет мало.

В пять минут двенадцатого является Вилли Боско. Он принес папку с документами Сигеллы, которые, как я уже говорил, все сфотографированы. Наливаю ему порцию виски и велю сидеть тихо, пока копы его отсюда не заберут. Сообщаю, что толковал о нем с Шидраутом и, если обстоятельства сложатся не в мою пользу, Шидраут позаботится, чтобы после экстрадиции в Штаты Вилли пошли навстречу. Если ему повезет, он отделается двух-трехлетним заключением.

Вилли благодарит меня за виски. Жду, когда часы покажут шестнадцать минут двенадцатого, потом достаю лезвие безопасной бритвы и надрезаю Вилли кончик пальца. Выдавливаю несколько капель крови себе на левую манжету. После этого прощаюсь с Вилли, советую не опустошать всю бутылку и, прихватив папку, ухожу.

Иду по Джермин-стрит в направлении Риджент-стрит. Настроение не ахти. Не исключено, что эта ночь может оказаться в моей жизни последней, но другого выхода не вижу. Если б кто-то мне его показал, я бы им воспользовался.

В конце Джермин-стрит встаю на углу. Минуты через две или через три вижу медленно движущийся темно-зеленый «Форд V.8» и Констанс за рулем. На заднем сиденье никого. Конни объезжает автобус, сбрасывает скорость, наклоняется и открывает дверцу. Машина ползет с черепашьей скоростью. Я сажусь в нее. В этот момент регулировщик подает сигнал, и мы сворачиваем на Пикадилли.

– Итак, Лемми… – начинает она. Понимаю, что она заметила кровь у меня на манжете. Конни очень глазастая. – Как вижу, папка при тебе. Боско доставил тебе хлопот?

– Ничуть, Конни. Ничего такого, с чем бы я не справился. После этого я запихнул его труп в дорожный чемодан. Думаю, найдут его лишь через несколько дней. Слушай, а куда мы едем? – спрашиваю я, поскольку мне кажется, что мы движемся в сторону ее дома в Найтсбридже.

Конни поворачивается ко мне и улыбается:

– Мы едем на свидание к Миранде. Она находится неподалеку от Оксфорда. Там же Сигелла и десять наших парней. Сегодня ночью мы сваливаем отсюда на самолете.

Проскакиваем Кенсингтон и, не сбавляя скорости, едем по Вестерн-авеню. Судя по уверенным движениям Конни, этим маршрутом она ездила уже много раз.

Я ограничиваюсь короткими замечаниями по ходу, а сам во все глаза наблюдаю за обстановкой. Меня восхищает умение английских копов работать.

В Найтсбридже за нами следовал небольшой двухместный спорткар с двумя парнями в спортивных костюмах. Возле Кенсингтона они отстали, передав эстафету фургону, развозящему цветы. Ребята, что ехали в нем, выпустили нас из-под опеки в начале Вестерн-авеню, но где-то через две мили из боковой улицы вывернул другой спорткар с парнем и девицей. Эти висели у нас на хвосте примерно с милю, после чего мы поехали без наблюдения. Думаю, копы уже передали по радио, в каком направлении мы едем, а дальше нас примут там, где им будет удобно.