Онлайн книга «Вы не поверите!»
|
– За ваше здоровье, мистер Хикори! Я улыбаюсь. – Благодарю вас, леди, – отвечаю и беру бокал. – Жаль, что мы не застали Сержа. Почему он покинул квартиру, зная о нашем скором приезде? Мне так хотелось с ним поговорить. Джеральдина опускается на колени и кочергой ворошит дрова в камине. Еще раз убеждаюсь, какая потрясающая у нее фигура. – Сергей – человек порывистый, – говорит она, глядя через плечо. – Потому-то я его и обожаю. Порывистые, темпераментные мужчины сводят меня с ума. Возможно, вам это покажется странным, но так оно и есть. Она откладывает кочергу, встает и оборачивается ко мне. На губах играет непонятная улыбка. И вдруг на меня, словно груда кирпичей, сваливается догадка: дамочка под кайфом. – Мистер Хикори, а вы темпераментны? – спрашивает она. – Нет, леди, – с улыбкой отвечаю я. – Что угодно, только не это. А вот Родни Уилкса, судя по всему, вы таковым посчитали! Возможно, он показался даже слишком темпераментным для вас и вашего сердечного дружка… Что скажете? Джеральдина отходит и садится на диван, продолжая улыбаться. Но улыбка словно нарисована – холодная, кукольная. – Как прикажете понимать ваши слова? – спрашивает она. Достаю портсигар, закуриваю. Смотрю на нее и тоже улыбаюсь: – Прежде всего, если вы Джеральдина Перринер, то я любовница Муссолини. В «Зидлер-клубе» вы очень старательно разыгрывали спектакль, но он не удался. Слушайте дальше. Незадолго до моего прихода в клуб вы отравили Родни Уилкса. Я нашел его в кладовке возле мужского туалета. Родни лежал на полу среди грязных полотенец. Еле-еле добрался туда после того, как вы подмешали отраву в выпивку. Но он сумел меня предупредить, оставил краткое послание. – Да ну? – невозмутимо спрашивает она. – И что же он написал? – Ничего. Он воткнул булавку для галстука в подлокотник кресла, в котором потом сидел я. Эту булавку я подарил ему несколько лет назад. Расчет был прост: увидев ее, я получу сигнал. Достаю из пиджачного кармана булавку и показываю Джеральдине. Она пожимает плечами, затем встает и идет к столу с напитками. Я слежу за ней, как кот за мышью. Открыв ящичек, она достает сигарету и закуривает. Потом поворачивается и прислоняется к столу, пускает дым и смотрит на меня. Самообладание и сейчас не покинуло ее. Ну просто ледяное спокойствие, совсем как у эскимосов. – Вы мне интересны, – признается она. – Похоже, у вас больше мозгов, чем обычно бывает у частных детективов. Она глубоко затягивается, глотает дым и выпускает через ноздри, которые чуть дрожат. Все в этой дамочке – лицо, походка, манера курить… все наполнено невозмутимостью, однако чувствуется, что под маской прячется тигрица. Она отходит от стола и направляется ко мне. Дойдя до середины ковра, останавливается, держа сигарету в поднятой руке. Зрелище великолепное. Умеет она себя подать. – С чего вы решили, что я не Джеральдина Перринер? – Это было несложно. Я заметил, что в будке вместо телефона-автомата обычный аппарат. Дал официанту пятьдесят долларов, чтобы отвел меня к параллельному аппарату. Там услышал, как вы говорили по-русски. Возможно, вы русская, и этим объясняется медлительность французской речи. Чтобы не наделать ошибок. – Au contraire[8], – возражает она. – Я не русская и не хотела бы ею быть. Я француженка и очень этим горжусь. |