Книга Вы не поверите!, страница 14 – Питер Чейни

То-то будет весело, если окажется, что в похищении Бадди и шантажировании его отца участвуют Хуанелла и Ларви Риллуотеры!

Они бы не побрезговали таким развлечением. Если моя догадка верна, то понятно, почему Хуанелла оказалась на борту «Фельса Ронстрома» и поплыла во Францию, а также почему ей прислали радиограмму с вопросом обо мне и за подписью «ваш дружок».

Джеральдина говорила, что показала радиограмму Нарокову. Значит, это он отправил сообщение Хуанелле. О’кей. Предположим чисто теоретически: с Бадди что-то приключилось. Возможно, о первоначальном плане похищения Джеральдина вообще не знала. Скорее всего, она даже не догадывалась, что его увезли по запасной схеме. А потом Нароков вдруг обнаруживает: у него на хвосте висит Уилкс и тому много чего известно о русском удальце.

М-да… шикарная подстава для Джеральдины! Нароков понимает, что влип по полной. Похищение и вывоз человека за границу – федеральное преступление, за которое дают пожизненное, отправляя мотать срок в Алькатрас. Серж прекрасно об этом знает. Но кто может на него настучать? Бадди? Вряд ли. Его держат в таком месте, откуда не вякнешь. Остается Родни Уилкс.

Я вполне допускаю, что любовь к Нарокову застилает Джеральдине глаза. Она готова на все, только бы спасти его от пожизненного. В том числе и на убийство Уилкса готова. Мне хорошо знакома эта особенность женского характера. Если дамочка по уши втюрилась в парня, она пустится во все тяжкие, лишь бы его удержать.

Возвращаюсь в нишу. На лице Джеральдины все та же спокойная, обворожительная улыбка. Заказанная выпивка давно ждет, однако я даже не притрагиваюсь к стаканчику. Делаю досадливую физиономию и говорю Джеральдине:

– Черт знает, куда запропастился этот Уилкс. Звонил на квартиру и еще в пару мест, где он мог задержаться. Там он не появлялся. Думаю, ждать дальше бесполезно.

– Я тоже так думаю, – отвечает она и надевает плащ. – Мистер Хикори, и что вы теперь намерены делать?

Я улыбаюсь:

– Время уже позднее. Но работа есть работа. Мне хочется поскорее ее закончить и вернуться в Нью-Йорк раньше, чем у Гитлера закончатся подводные лодки. Вы не против, если мы отсюда поедем к вашему жениху? После всего, что вы о нем рассказали, мне просто не терпится увидеть парня, способного так вскружить вам голову, даже если он русский граф.

Она смеется:

– Почему бы нет? Конечно, поехали к Сержу. Он будет рад с вами познакомиться. Но чтобы не застать его врасплох, я вначале позвоню.

Я целиком с нею соглашаюсь. Джеральдина встает, и мы идем к телефонной будке на другой стороне вестибюля. Будка тоже в нише. Открыв Джеральдине дверь, замечаю обычный аппарат, а не телефон-автомат.

Закрываю дверь и спешу к ближайшему официанту. Показываю парню пятидесятидолларовую купюру:

– Если у этой линии есть параллельный аппарат и вы меня к нему проведете, полсотни ваши.

– Прошу сюда, месье, – говорит он и улыбается. – Иногда мне тоже любопытно послушать, о чем говорят леди.

Официант ведет меня в служебную комнату, где на столе стоит параллельный аппарат. Отдаю парню пятьдесят зеленых, и он исчезает.

Снимаю трубку. Послушав пять секунд, все понимаю. Я не рассчитываю услышать что-либо интересное, поэтому быстро возвращаюсь к будке и жду, когда Джеральдина закончит разговор.

Вскоре она выходит. Говорю вам, на вид – сама невинность. Разве такая способна на подлости?