Книга Вы не поверите!, страница 11 – Питер Чейни

– До чего нелепая мысль, – пожав плечами, заявляет Джеральдина. – Уверяю: папа вбил себе в голову какую-то чепуху и сам в нее поверил. Когда вы своими глазами увидите Сержа и пообщаетесь с ним, вы убедитесь в смехотворности предположений папы.

– О’кей, Джеральдина. Возможно, скоро мы все выясним. А теперь ответьте на вопрос: когда вы познакомились с Нароковым, это был его первый приезд в Америку?

– Да, – отвечает она. – Он давно хотел побывать в Штатах, но как-то не складывалось.

– Понятно, – говорю я, кое-что прикидывая в уме. – Сегодня… точнее, вчера вечером я послал вам с борта «Фельса Ронстрома» радиограмму с предложением встретиться здесь. Вы были одна, когда ее получили?

– Нет, – отвечает она, явно удивленная вопросом. – Я была с Сержем на ужине в моем отеле.

– И вы показали ему радиограмму?

– Да. Показала. Там не было ничего секретного. Что вас удивляет?

Улыбаюсь во весь рот:

– А вы, случаем, не знакомы с Хуанеллой Риллуотер? Очень обаятельная и смышленая дамочка и весьма недурна собой. Замужем за Ларви Риллуотером. Вам это имя тоже ничего не говорит?

– Нет, – отвечает Джеральдина. – Впервые слышу об этих людях.

– О’кей, – говорю я и закуриваю новую сигарету. – Нам не понадобится много времени и сил на проверку происхождения Нарокова. Она уже сделана. Этим занимался мой напарник из Трансконтинентального агентства, частный детектив Родни Уилкс. Он прибыл в Париж раньше меня и провел кое-какое расследование. Ему я тоже посылал радиограмму, пригласив на эту встречу. Жду его с минуты на минуту. Думаю, с его появлением разговор станет куда интереснее. Возможно, Уилкс расскажет все о вашем сердечном друге и его прошлом.

Джеральдина вновь пожимает плечами и улыбается. Кстати, парни, я говорил, что дамочка она очень даже красивая?

Затем я встаю, сообщаю ей, что должен ненадолго ее покинуть, выхожу из ниши и двигаю к входным дверям. Спрашиваю швейцара, появлялся ли здесь невысокий круглолицый джентльмен по фамилии Уилкс. Тот неуверенно отвечает, что народу проходит много, но, кажется, минут двадцать назад он видел человека, похожего на моего знакомого.

Возвращаюсь в нишу.

– Уилкса пока нет, – вру Джеральдине. – Но давайте подождем еще немного. Он обязательно подойдет. Наверное, ему сюда непросто добираться по темным улицам.

Джеральдина кивает, откидывается на спинку кресла и, как мне показалось, успокаивается.

Глядя на дамочку, задаю себе вопрос: а не ошибся ли старик Перринер, решив, что ее поведение – всего лишь уловка? Пусть Джеральдине всего двадцать шесть, но назвать ее наивной и ветреной дурочкой язык не поворачивается. О таких говорят: взрослая не по годам. Непохоже, чтобы кто-то мог напрочь вышибить из нее здравый смысл, тем более липовый русский граф.

Раздавливаю окурок в пепельнице и лезу в карман за портсигаром. И вдруг рукав задевает что-то, воткнутое в подлокотник кресла. Опускаю глаза – и меня прошибает: это же булавка для галстука, которую я подарил Родни Уилксу четыре года назад! Мы тогда расследовали ограбление в одном из филиалов «Ассоциации западных банков». Подарок ему очень понравился. Какой бы галстук Родни ни повязывал, он всегда прикалывал эту штучку. Я молча высвобождаю рукав, достаю портсигар и вынимаю сигарету.

Пока закуриваю, смотрю на булавку. Она загнана в обивку правого подлокотника кресла так, что выступает лишь головка. Тот, кто ее втыкал, явно рассчитывал, что я замечу свой подарок.