Онлайн книга «Золотой человек»
|
Дверь была распахнута настежь, и сквозняк из открытого окна шевелил плотные шторы из малинового, с золотой каймой бархата, и они раздувались, как тяжелые паруса. Столовая была до потолка отделана дубовыми панелями. Трапезный стол и стулья, привезенные в качестве трофеев из испанского монастыря, служили своего рода дополнением к трем оставшимся картинам. Над камином висел портрет Карла IV кисти Веласкеса, один из серии таких портретов. С одной стороны от него была «Голгофа» Мурильо, с другой – еще одна картина «Юная ведьма» Гойи. Напротив них, у правой стены, стоял разгромленный буфет. – А! – сказал Ник. – Значит, вы тоже так думаете, миссис Стэнхоуп? – Что думаю? – воскликнула Кристабель. Осторожно ступая, чтобы не задеть фрукты и посуду, Ник направился к телу. В это же время из холла послышались мягкие шаги, и в дверях появился дворецкий Ларкин, мужчина средних лет, определенно обладающий чувством собственного достоинства. Если не принимать во внимание тапочки, он был полностью одет, не хватало только воротничка. За его спиной стояли еще двое мужчин в халатах. – Все в порядке, мадам? – спросил он. – Да, все в порядке, – рявкнул Джеймс. – Возвращайтесь к себе. Мы поймали вора, вот и все. – Да, сэр. Но мне показалось, я что-то слышал… – сказал Ларкин и замолчал. Опустившись на колени рядом с телом, Николас Вуд осторожно отогнул козырек шапочки, оттянул ее назад и снял. Маска представляла собой кусок черного муслина с овальными отверстиями для глаз и держалась на обычной резинке. Ник приподнял маску снизу, развязав резинки на ушах. Из-под маски выбились густые, коротко подстриженные седые волосы. Голова грабителя запрокинулась так, что его лицо почти коснулось крышки серебряного блюда для овощей. Никто не произнес ни слова. В тонких, бескровных чертах даже сейчас угадывалась мягкость, в основании которой лежала сила. Прежде всего сила. В спокойном состоянии это выражалось в самом каркасе лице. Это был не тот человек, которого вы хотели бы видеть своим врагом. Никто не произнес ни слова, пока Кристабель не опустилась на колени рядом с телом и не издала дикий, животный вопль. Ларкин, дворецкий, неслышно вошел в комнату и закрыл дверь перед двумя своими спутниками. Взломщиком оказался Дуайт Стэнхоуп, которого зарезали ножом для фруктов при попытке ограбить собственный дом. Глава шестая Ларкин заговорил первым. – Сэр, – пробормотал он, дергая Винсента Джеймса за рукав, – я думаю, он жив. – Успокойтесь! – Сэр, – настаивал Ларкин, – я думаю, он дышит. Голос прозвучал словно из ниоткуда, и Ник, еще не веря услышанному, резко обернулся: – Подождите! Вы о чем? Извинившись, Ларкин бочком продвинулся к телу, осторожно наклонился и, когда его лицо оказалось рядом с лицом Кристабель, указал пальцем на серебряную крышку от блюда для овощей. Голова лежащего на полу Дуайта Стэнхоупа склонилась набок, и губы почти касались крышки. На полированном серебре виднелось едва заметное мутноватое пятнышко. Хозяин дома дышал, хотя так слабо, что пульс даже не прощупывался. – Значит, сердце не задето! – сказал Ник. – И если сердце не задето… – Да, сэр. У него может быть шанс. – Есть ли где-то поблизости врач? – Да, сэр, доктор Клементс. – Тогда позвоните ему. Скажите… – Мы могли бы прислать за ним машину, сэр? |