Книга Красная жатва и другие истории, страница 204 – Дэшил Хэммет

В здании не было света, и Фил обнаружил, что главные ворота заперты. Он перешел дорогу и присел под деревом на корточки футах в двухстах поодаль. Его план был незатейлив: ждать, пока не увидит Ромен, потом найти способ связаться с ней или дорогу, по которой удача выведет его к разгадке тайны. Была вероятность, что Ромен – пленница; иначе она давно бы вышла с ним на связь. Его часы показывали 22:15.

Он ждал.

Когда на часах появилось 01:30, молодость и вера в удачу взяли верх над терпением. С тем же успехом можно было лежать дома в постели, а не сидеть здесь в ожидании неизвестно чего. Когда человеку везет…

Фил двигался вдоль забора, пока не нашел дерево, чья ветка нависала над преградой. Он взобрался на дерево, прополз по ветке, с минуту раскачивался и спрыгнул. Приземлился на четвереньки в мягкую, влажную глину. Осторожно двинулся вперед, так чтобы между ним и домом оставались кусты. Достигнув кустов, остановился. Больше не осталось ничего, способного послужить укрытием, и Фил опасался бледного света звезд. Он сел на корточки и стал ждать.

Прошло три четверти часа, и Фил услышал звук металла, скребущего дерево. Но ничего не смог разглядеть. Звук повторился, и Фил распознал его: кто-то открывал ставни. Опасливо, замирая при каждом звуке, что издавал засов.

За домом раздался многоголосый лай, из-за угла выскочила свора огромных гончих; они в ярости бросились к одному из нижних окон.

Фил услышал скрип открывающихся ставней. Вслед за собаками приковылял мужчина. Из окна высунулся Капалов, чтобы поговорить с человеком во дворе. Мужские голоса перекрыл повышенный в гневе голос Ромен Капаловой. В прямоугольнике падавшего из окна света крутились и прыгали шесть псов – не спокойных, прекрасно выдрессированных борзых для дамского променада, а огромных, косматых степных волкодавов, каждый выше половины человеческого роста в холке и более ста фунтов весом. Фил задержал дыхание, съежился в своем укрытии и стал молиться, чтобы оказалось правдой услышанное когда-то: будто эти волкодавы охотятся не по запаху, а с помощью зрения, – и чтобы его присутствие ускользнуло от их нюха.

Капалов убрал голову и закрыл ставни. Мужчина во дворе прикрикнул на собак, они последовали за ним за дом. Где-то там закрылась дверь, и собачьи голоса смолкли. Фил взмок от пота, но узнал, что собак держат в помещении.

Сверху донесся приглушенный крик и звук удара о ставни. Наступила тишина. Фил решил, что шумели в передней части дома, предположительно в угловой комнате на третьем этаже.

На мгновение возникло искушение покинуть это место и обратиться к услугам полиции. Но он не привык сотрудничать с полицией – в тех немногих случаях, когда доводилось иметь дело с законом, он оказывался на стороне тех, кто закон нарушал. Да и не будет ли у речистого Капалова преимуществ? Аристократические манеры, статус владельца собственности, явно надежное положение в обществе… Против всего этого у Фила есть лишь голословное обвинение и мутная биография, усугубленная тремя годами жизни без того, что полиция называет предъявляемыми средствами к существованию. Нетрудно было представить, каким будет исход. Придется разыгрывать эти карты в одиночку. Что ж, раз так…

Он вышел из-под защиты кустов и подкрался к фасаду. Завернув за угол, остановился, чтобы осмотреть здание. Насколько мог определить в темноте, на всех окнах имелись ставни. Фил не рискнул браться за ставни на первом этаже, да и вряд ли нашлись бы хоть одни незапертые.