Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 81 – Джозефина Тэй

Полы халата Хэсселт слегка распахнулись, Люси заметила блеск шелка и поняла, что девушка заранее переоделась для урока танцев, потому что перерыва между тем, как она кончит работу со своими пациентами, и уроком в гимнастическом зале не будет. Либо она уже пила чай, либо перехватит чашку en route^[41].

Пока Люси размышляла о странностях этой жизни – шелковые платья для танцев под больничными халатами, – под окнами проехала машина и остановилась у парадной двери. Очень элегантная и очень дорогая машина, очень длинная, очень блестящая, с шофером за рулем. Теперь так редко можно увидеть машину с шофером, если только в ней не инвалид, что Люси с интересом смотрела, кто выйдет оттуда.

Может быть, мать Бо? Это была именно такая машина, в которой ездят с дворецким.

Однако из машины вышел моложавый – Люси была видна только его спина – человек в костюме, какой можно встретить в районе между Сент-Джеймс-стрит и Дьюк-оф-Йорк-Степс в период между октябрем и концом июня. Шофер, костюм – в мозгу Люси пронеслась мысль о члене королевской семьи, но она не смогла вспомнить подходящую персону; кроме того, члены королевской семьи теперь водили машины сами.

– Большое спасибо, мисс Пим. Вы нам очень-очень помогли. Скажи спасибо, Альберт.

– Спасибо, мисс Пим, – послушно повторил Альберт, а потом, поймав взгляд мисс Пим, подмигнул ей. Люси серьезно подмигнула ему в ответ.

В эту минуту, сжимая в руках банку с тальком, которую фрекен только что наполнила в задней комнате, в комнату ворвалась О’Доннелл и возбужденно, свистящим шепотом проговорила:

– Подумать только! Эдвард Эйдриан! В машине Эдвард Эйдриан!

– Ну и что? – спросила Стюарт, забирая у нее банку. – Ты что-то слишком долго ходила за тальком.

Закрыв за собой дверь клиники, Люси вышла в холл. О’Доннелл сказала правду. В холле стоял Эдвард Эйдриан. И мисс Люкс тоже сказала правду. Потому что Эдвард Эйдриан разглядывал себя в зеркале.

На лестнице ей встретилась спускавшаяся вниз мисс Люкс, а потом, повернув на второй марш, Люси увидела, как встретились эти двое.

– Привет, Тедди, – произнесла мисс Люкс без всякого энтузиазма.

– Кэтрин! – воскликнул Эйдриан радостно и пошел ей навстречу, как будто собираясь обнять ее. Однако ее холодно протянутая рука остановила его.

– Что вы здесь делаете? Только не говорите, что у вас появилась «племянница» в Лейсе.

– Не грубите, Кэт. Конечно же, я приехал повидать вас. Почему вы не сообщили мне, что вы тут? Почему вы не приехали на мой спектакль, мы могли бы потом поужинать вместе и поговорить о старых…

– Мисс Пим, – проплыл над лестницей спокойный ясный голос мисс Люкс, – не убегайте. Я хочу познакомить вас с моим другом.

– Но, Кэтрин, – услышала Люси, как со слабым протестом проговорил Эйдриан.

– Это знаменитая мисс Пим, – представила мисс Люкс Люси тоном, означавшим «не валяй дурака». – И ваша большая поклонница, – добавила она, чтобы окончательно лишить его возможности сопротивляться.

«Интересно, – подумала Люси, ожидая, пока они поднимутся к ней, – понимает ли он, как жестоко она поступает, или его самодовольство слишком велико, чтобы быть уязвленным ее отношением?»

Когда они все вместе вошли в пустую гостиную, мисс Пим вдруг вспомнила, как Стюарт назвала его «утомленным, похожим на линяющего орла», и подумала, что это очень удачное определение. У Эйдриана были довольно красивые черты лица, но, хотя ему не могло быть многим больше сорока – может быть, сорок три или сорок четыре, – оно казалось старообразным. Без грима, без парика лицо выглядело усталым и потрепанным, а темные волосы уже начали редеть. Люси внезапно стало жаль его. У нее в памяти еще очень живо было впечатление от молодости, силы и красоты Рика, кузена Детерро, и избалованный успехом известный актер показался ей немного жалким.