Книга Дыхание смерти, страница 78 – Энн Грэнджер

– Он хороший охранник, – заметила Джесс.

– Его не проведешь! – горделиво подтвердила хозяйка. – Сразу отличает, кто друг, а кто враг. Вот видите, он перестал лаять. Значит, думает, что вам можно доверять. Вы не волнуйтесь, он все равно будет следить за вами… Заходите! – Приглашение звучало гостеприимно, но Джесс приняла его неохотно.

На кухне было не продохнуть: от большого эмалированного корыта на плите исходило зловещее бульканье, а запах стал просто невыносимым.

– Вот готовлю запарку с отрубями для кур, – объяснила Мьюриел, мешая содержимое корыта деревянной ложкой. – По старинке, зато дешево. Я добавляю к отрубям все очистки и остатки. Курам нравится. Ну, почти готово. Сейчас выключу плиту – пусть остывает. А мы с вами посидим в гостиной… Кухню я пока проветрю – открою дверь. Ничего, что холодно, зато пар выветрится. Сюда!

Узким, тесным коридорчиком Джесс провели в комнату, которую она уже осматривала через окно с другой стороны. В гостиной чище не стало, хотя с прошлого раза хозяйка успела убрать тарелки с остатками еды. Несомненно, они пошли в запарку. Все горизонтальные поверхности по-прежнему были завалены книгами и газетами. Мьюриел бесцеремонно смахнула с дивана стопку газет.

– Садитесь, а я принесу настойку из бузины.

– Спасибо, но я пришла по делу. – Джесс осторожно села на диван, набитый конским волосом, это было хорошо видно благодаря дырам в обивке.

– Только не говорите, что вы на дежурстве и вам нельзя пить, – усмехнулась Мьюриел. – Настойку из бузины я готовлю сама. От нее не захмелеете.

И тут же ей в руку был сунут бокал с мутноватой жидкостью. Джесс с опаской подумала, что по цвету и консистенции жидкость скорее напоминает ирландский самогон. Можно ли поверить Мьюриел на слово?

Хозяйка плюхнулась в просевшее кресло напротив. Над ее головой висела одна из двух картин маслом, которые Джесс уже имела случай увидеть в окно. Теперь она разглядела, что это морские пейзажи. Рыболовецкие суденышки барахтались на волнах в штормовом океане. Гамлет пришел в гостиную следом за ними и устроился на пороге, охраняя вход и выход, как Цербер. Джесс подумала, что в Гамлете есть что-то инфернальное – пусть у него не три, а всего одна голова… Ну а запах запарки, проникавший из кухни, вполне мог посоперничать с запахом серы.

– Ну, и что вам нужно от меня? – осведомилась Мьюриел. – Ваше здоровье! – Она подняла бокал.

– Ваше здоровье! – Джесс взмахнула бокалом в ответ, думая, как бы потихоньку вылить содержимое в стоящий рядом горшок с каким-то комнатным растением. Понять, что в горшке, оказалось трудно: растение давно засохло. – Миссис Пикеринг, мне хотелось бы поговорить с вами о прошлом.

– А мне бы хотелось, – как всегда раздраженно, выпалила миссис Пикеринг в ответ, – чтобы вы и этот ваш сержант перестали называть меня «миссис Пикеринг»! Знаю, последнее время принято всех женщин, замужем они или нет, называть дурацким словечком «миз», но я – мисс, запомните! Я не стыжусь того, что ни разу не была замужем.

– Я тоже не замужем, – улыбнулась Джесс.

– Живете с кем-нибудь?

– Нет.

– Вот и умница. Я так и не вышла замуж, потому что отец бы этого не потерпел. Мать умерла, когда мне было пятнадцать, и после ее смерти здесь жили только мы с отцом. Он называл себя полуинвалидом. По-моему, он вполне мог себя обслуживать и даже помогать мне по хозяйству, только не хотел. «Полуинвалид» – значит, что он делал только то, что сам хотел, – например, рыбачил. Был заядлым рыбаком. Зато рубить дрова или пылесосить он, видите ли, не мог – здоровье не позволяло. Так что мне приходилось ухаживать за ним, вести дом, заниматься садом, курами… у нас даже пара коз тогда была и ослик, которого оставили какие-то цыгане. Так что на замужество у меня и времени не было. Да и отец не одобрил бы.