Онлайн книга «Дело N-ского Потрошителя»
|
Он скорчил недовольную мину: – Да редактор послал новые темы искать. А что, где – ему всё равно. Прямо как в сказке: «Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Настя засмеялась – как пригоршню хрустальных колокольчиков рассыпала. – Да, начальство оно такое, сложно иногда с ним. А я устала в отделе сидеть. Да ещё сегодня ночью не выспалась, вот и вышла прогуляться, голову проветрить. Санёк понимающе покивал и, придвинувшись к Насте ближе, заговорщицки прошептал в самое ухо: – А пойдёмте, товарищ Настя, по пирожному съедим! И ловко развернул девушку к самой витрине маленькой булочной, к которой сам же девушку незаметно для неё и подвёл. Торговали в булочной такой выпечкой, что устоять перед этим искушением не смог бы даже сам товарищ Молчалин, не то что обычная девушка Настя Окунева. Там даже кофе подавали, правда, только цикориевый, но свежие булочки и пирожки этот факт испортить не мог. И Настя – согласилась. Только рассмеялась: – Растолстею я так скоро! В детском доме пирожками с вареньем потчевали, ты, Саша, булочками угощаешь… Санёк навострил уши. Вот как! В детском доме, значит! Он откусил изрядный кусок выпечки и как можно равнодушнее спросил: – Это в каком детском доме? Настя беззаботно махнула рукой: – А в том, в который мы с Сергеем Алексеевичем ездили. Санька этот факт более чем заинтересовал, но он сразу перевёл разговор на другую тему. Не стоит настораживать девушку чересчур настойчивым вниманием к их с Ивановым поездке. Они обсудили последнюю фильму «Три товарища»[20], которую наконец-то привезли и в N-ск. – Песня там хорошая, боевая, но душевная. – Настя смущённо улыбнулась. А Санёк негромко пропел: – Гремела атака, и пули звенели, И ровно строчил пулемет… И девушка наша проходит в шинели, Горящей Каховкой идет… И добавил с лукавой улыбкой: – Прямо как про тебя писали стихи! Настя зарделась и испуганно глянула на продавца: а ну как выгонит расшалившуюся молодёжь? Но тот на них внимания совсем не обращал, как раз принимал свежие булочки, привезённые из пекарни. Поговорили немного о жизни актёров, о том, как было бы здорово, если бы кто-нибудь приехал с лекцией или концертом к ним в глухую провинцию. Жаров, например, или даже сам Баталов. А потом Санёк как бы между делом протянул: – А ведь это хорошая тема – про детский дом написать. Только про такой, показательный! Настя задумалась на пару мгновений, а потом нерешительно сказала: – Сергей Алексеевич не велел никому говорить, но ты же всё равно знаешь. И на вокзале нас встречал… Санёк замер в предвкушении. Сейчас главное – Настю не спугнуть, она сама всё расскажет. Тут как на охоте: главное – выдержка! Настя ещё немного помялась и решилась: – Просто там такой детдом замечательный. И директор тоже. Такая женщина! Настоящий коммунист и мастер своего дела. Татьяна Михайловна Лукьянова. Далеко он, правда, тот детдом. Но вот про него прямо было бы хорошо написать. Ну, как ты можешь. Санёк от девичьей лести растаял, но бдительности не растерял. – Да расстояние не вопрос, не разорится редактор от моих командировочных. Было бы только стоящее что. А где, говоришь, тот детдом? – Он замер, боясь спугнуть удачу. Настя достала из дамской сумочки синюю записную книжку, написала там несколько слов и, аккуратно вырвав листок, протянула его Саньку: |