Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
Парторг и действительно был занят; в кабинете его, уже более часа, сидел, дожидаясь хозяина, важный посетитель – Наум Сергеевич. – Прости, задержался, – сказал, входя, парторг. – Еле прочухался после вчерашнего. Думал, уж и до работы не доползу… Башка трещит, во рту какая-то дрянь… Тьфу! – Он прошел, посапывая, к столу, уселся грузно, положил ладони на хрустнувшую пачку бумаг. И потом, покрутив бритым черепом, сказал: – Нет, все-таки так напиваться – это пошло… Сколько мы с тобой вчера приняли? – Немало, – повел бровью Наум Сергеевич, – весь день, считай, гудели… – Ну вот. Ну вот. А ведь мы уже – не юнцы, не в гимназическом возрасте. Нам вдвоем – на круг – сколько будет годов? Поболее сотни, думаю. – Да вроде того, – сдержанно улыбнулся Наум Сергеевич (он-то сам выглядел как обычно – подтянутым, собранным, щеголеватым). – Вообще-то я, признаться, о возрасте как-то мало думаю… Но конечно, за молодыми где уж нам – не угнаться! И сразу же – заговорив о молодых – оба они вспомнили Савицкого. – Я его, кстати, только что встретил по пути сюда, – сообщил, раскуривая папироску, парторг. – Поговорили. – Ты только, пожалуйста, поаккуратней будь, – сказал Наум Сергеевич. – Не настораживай его зря, не отпугивай. – Да нет, – отмахнулся Проценко. – Я с ним – так, вообще… Как дело идет, мол, что нового… – Ну, и что же – нового? – Пока вроде бы ничего особого нету, – сказал, тряхнув щеками, Проценко. – Все копается, роется… Теперь вот телефонограммой заинтересовался – той, что пришла из Хабаровска. Куда она могла пропасть? – спрашивает. Хочу, говорит, разыскать, выяснить. – И он, усмехнувшись, пожал покатыми своими плечами. – Что ж, пускай выясняет… Пускай… – Что ты, что ты, – быстрым рвущимся шепотом проговорил Наум Сергеевич. – Как – пускай?.. Не дай бог. Он поднялся, перегнулся через стол, вытянул губы. Глаза его округлились. Рыжеватые усики встали торчком. – Ты представляешь себе, что будет, если он доберется до текста? Там же ведь указаны все данные об этом Беляевском – когда он выехал, когда миновал Хабаровск, когда должен был прибыть к нам в Полтаву… Понимаешь? Все дано точно! – Ах так, – заливаясь темным багрянцем, прохрипел парторг. – Да, да, да. Это я, брат, запамятовал. Но, черт возьми, значит… С минуту они молча смотрели друг на друга. Парторг – вертя в пальцах папиросу, сминая ее, комкая медленно. Наум Сергеевич – напряженно подавшись к Проценко, опершись пальцами о край стола. Потом он – меняя позу и тон – проговорил, негромко, отделяя слова: – Значит, надо действовать! И как можно быстрее. Но – без суеты… Сначала выслушай его хорошенько, расспроси подробно обо всем. – Итак, тебя интересует телефонограмма, – сказал, поглядывая на Савицкого, парторг. – Что ж, это дело нетрудное. Я им сам займусь… Не найдется текст – свяжемся с Хабаровском. Все выясним – не беспокойся!Непонятно только, зачем это тебе понадобилось? – Ну, как же, – сказал Савицкий. – Как же! Меня интересует все, что связано с именем Беляевского. – Но не отвлекаешься ли ты? – прищурился Проценко. – Не разбрасываешься ли? Вместо того чтобы этого Беляевского искать, выходить на прямой след, – занимаешься пустяками… – Во-первых, – обиженно проговорил Савицкий, – я вовсе не считаю это пустяками… Пустяков в деле нет! А во-вторых, на след Беляевского я уже вышел. |