Книга Ситцев капкан, страница 125 – Алексей Небоходов

Она посмотрела на Григория – пристально, впервые за всё время, что он здесь работал. И вдруг, на секунду, позволила себе слабость:

– Останься, – сказала она, – мне нужна помощь.

Он остался.

Позже, когда салон опустел и даже коридоры были мертвы, они с Еленой пересеклись в подсобном помещении, где пахло воском, металлом и старой бухгалтерской пылью. Там стоял огромный антикварный стол, на котором ещё в позапрошлом веке, возможно, решались совсем другие сделки. Рядом – старая дверь в хранилище, где до сих пор хранились не только ценные бумаги, но и часть семейных реликвий. Всё выглядело так, будто вот-вот начнётся экстренный военный совет.

– Садись, – сказала Елена и сама опустилась на деревянный стул. – Ты умеешь держать язык за зубами?

Он кивнул.

– Тогда слушай. Если мы не закроем этот скандал до понедельника, можем потерять всю московскую сеть. Понял?

– Понял, – спокойно ответил он.

Она сняла очки, аккуратно протёрла их тряпочкой, потом посмотрела на него почти по-матерински:

– Ты сможешь пробить по закрытым каналам, кто реально за этим стоит? У меня ощущение, что это не случайность, а целенаправленная диверсия. Мои девочки на такое не способны, даже если бы очень старались.

– Смогу, – сказал он. – Но нужно знать, кому выгодно вас подставить.

– Ты из Москвы, у тебя там есть связи. – Она говорила без лишних сантиментов, словно договаривалась о взломе сейфа. – Работай через Веру или кого ты там знаешь. Мне нужен хоть какой-то зацеп.

Он кивнул ещё раз.

Следующие полчаса они, словно два судебных эксперта, разложили ситуацию по полочкам, не пропуская ни одной детали: начиная с порядка учёта бриллиантов в сейфах, заканчивая маршрутами крохотных пакетов от склада до витрины. Григорий слушал почти не перебивая, хотя знал, что за внешней педантичностью Елены скрывается привычка держать всё под контролем даже в моменты, когда контроль уже ускользает. Она диктовала короткие имена, даты, суммы, словно расставляла по доске опасные фигуры. Иногда бросала сухое: «Этоне могли сделать наши» – и он сразу понимал, что мысленно она вычёркивает подозреваемых, не тратя слов на объяснения. Только пальцы её, обычно уверенные и точные, сегодня теребили старую серебряную ручку, оставляя на бумаге тревожные вмятины.

– Вот здесь, – сказала она в какой-то момент, наклоняя к нему распечатку с таблицей. – Смотри: интервал между отгрузкой и приёмкой почти сутки. Всё это время товар шёл через руки подрядчиков. По описи – идеал, а на деле… кто-то подменил камень. Но кто? И главное – когда?

– А камеры? – спросил Григорий. – Есть треки по транспорту?

– Есть, конечно. Но в том-то и дело, что плёнка чистая, как у младенца. Либо работали свои, либо реально очень профи. Второе – вряд ли: слишком мелкая партия, нет резона так рисковать.

Он склонился над листом, разглядел: кто-то добавил в список красной ручкой пометку «срочно». Не пропустил детали – в дату втиснута чужая, непривычная каллиграфия. Григорий очень осторожно спросил:

– А у вас кто в команде мог бы так писать?

Елена вздохнула, и впервые за этот вечер её взгляд сделался уязвимым:

– Полина. Но я за неё готова голову положить. Она из Суздаля, у неё там вся семья, денег не водится… Она бы скорее себе палец отрубила, чем пошла на такое.

Григорий ничего не сказал, но мысленно отметил: каждый, даже самый преданный человек, рано или поздно бывает в безвыходной ситуации. Впрочем, сейчас не время для паранойи. Он вернулся к маршруту: