Книга Ситцев капкан, страница 159 – Алексей Небоходов

В какой-то момент показалось, что по дому кто-то ходит. Было неясно: то ливетер хлопнул дверью, то ли Лиза, младшая сестра, как обычно, шмыгнула по коридору, стараясь стать частью обстановки. Софья надела сверху старый шерстяной кардиган, который взяла из бабушкиных вещей, и хотела уже запереться на щеколду, когда в дверь тихо постучали.

Она вздрогнула всем телом. Входить без приглашения в их семье считалось дурным тоном, а значит, либо это экстренный случай, либо кто-то реально хотел быть услышанным.

– Да? – неуверенно бросила она, надеясь, что голос не выдаст ни дрожи, ни срыва.

– Софья, это я. Григорий. Можно?

Она замялась, потерла лоб и в этот момент снова почувствовала, как по щеке катится тёплая, очень живучая слеза.

– У меня нет настроения, – честно сказала она, но тут же добавила, чтобы не быть грубой: – Ты по делу?

– По очень личному, – голос его был спокойный, будто ничто в мире не способно заставить его изменить интонацию. – Елена сказала, что тебе нелегко. Я бы хотел поговорить, если ты не против.

Софья мысленно перебрала сценарии: если не откроет – он будет стоять у двери, пока не надоест; если впустит – разговор неизбежен, а сил спорить, оправдываться или объяснять уже не было. Она приоткрыла дверь на ширину ладони: настолько, чтобы видеть только его лицо и часть плеча.

Он стоял, не пытаясь пройти внутрь без разрешения; на нём был чистый свитер, волосы аккуратно уложены, а под глазами – ни намёка на усталость. Взгляд был открытый, даже тёплый – если не знать, что за этим скрывается трезвая машинка для анализа чужого горя.

– Что? – спросила она, стараясь выглядеть отстранённо.

– Я слышал про твой конфликт с профессором Волковым. Извини, если лезу не в своё дело, – он говорил тихо, как будто боялся, что за дверью может подслушивать Елена.

– Не лезешь, – вздохнула она. – Тут уже все всё знают.

Он кивнул, как будто ждал именно этого ответа:

– Хочешь, я посижу с тобой? Просто помолчим, если захочешь.

Она не была уверена, что хочет видеть кого-то, но и одной быть больше не хотелось. Софья открыла дверь чуть шире, отступила внутрь и села обратно на кровать.

Он прошёл вслед за ней, не спеша, а когда закрыл дверь, то остановился в самом центре комнаты, словно знал: нельзя заходить дальше, пока не дадут добро.

– Ты не обязана говорить, если не хочешь, – сказал он, опускаясь на край стула у окна. – Просто иногда легче, если кто-торядом.

Она кивнула. Несколько секунд они молчали: Софья стискивала в пальцах край пледа, а Григорий спокойно смотрел в окно, будто через стекло искал нужные слова.

– Он меня бросил, – наконец сказала она. Голос был тише, чем она ожидала, и при этом – будто чужой.

– Ты этого не заслужила, – ответил он, и тут же добавил: – Я знаю, что это банальная фраза, но я правда так считаю.

– Хочется верить, – усмехнулась она, – но, видимо, реальность решила иначе.

Он молча кивнул и выждал паузу.

– Если хочешь, могу не задавать ни одного лишнего вопроса, – предложил он.

– Лучше не надо, – сказала она, и почувствовала, что ей действительно легче. – Просто сиди здесь. Только не смотри на меня, ладно?

– Договорились, – сразу ответил он и действительно уткнулся взглядом в своё колено.

Она закрыла глаза, уткнулась в подушку, и на минуту показалось, что весь мир стал чище – как если бы кто-то вымыл комнату от боли.