Книга Курс 1. Ноябрь, страница 121 – Гарри Фокс

— Ты меня так дразнить собралась? — спросил я, и в моём голосе прозвучала усталая, но искренняя улыбка.

— Да, — ответила она просто, без кокетства.

Мы улеглись в кровать, каждый со своего края, разделённые целым материком роскошного матраса. Уставились в тёмную ткань балдахина над головой. Атмосфера была неловкой, натянутой, как струна. Мылежали, как два неопытных подростка, боясь пошевелиться. Ирония заключалась в том, что в случае Марии это, вероятно, было правдой. А я… я уже был далеко не в первый раз с девушкой. Но эта ситуация, этот брак по приказу, эта комната под колпаком императора — всё это отнимало у близости всякую естественность.

Ну. Ничего страшного не будет. Просто поспим вместе, — попытался я убедить себя. Мысли, однако, уносились в другую сторону. — И странно, что Лана молчит. Не отвечает на сообщения. Может, не доходят из-за того, что существа влияют на магическую сеть? Или… —Я не дал себе додумать эту мысль, вспомнив ледяной взгляд императора за ужином и его намёки.

Мария резко повернулась на бок, спиной ко мне, укрывшись одеялом по самые уши.

— Доброй ночи, — тихо сказал я в потолок.

— Сладких снов, — так же тихо, почти шёпотом, ответила она.

Я закрыл глаза, пытаясь погрузиться в пустоту, но мысли возвращались, как назойливые мухи: об академии, о запахе гари и крови, о лицах погибших, которые я почти не знал, но чьи смерти теперь лежали тяжёлым камнем где-то на душе. Прошло, наверное, минут десять в этой тихой, натянутой неподвижности.

— Обними меня, — вдруг сказал Мария. Её голос прозвучал так тихо и глухо из-под одеяла, что я не сразу понял.

— Что? — переспросил я, вынырнув из мрачных раздумий.

Она обернулась, и в полумраке я увидел её глаза.

— Обними. Мне холодно.

Это была ложь. В комнате было тепло. И её голос дрогнул, выдавая не холод, а что-то другое — одиночество, страх, потребность в хоть каком-то якоре в этом бурном море притворства.

Я не стал спрашивать. Просто медленно, чтобы не спугнуть, подвинулся ближе. Она не отстранилась. Я обнял её, притянув к себе. Она прижалась спиной к моей груди, её тело сначала было напряжённым, как струна, затем постепенно начало расслабляться. Её попка мягко устроилась в изгибе моего паха, и я почувствовал, как по телу пробежала волна тепла, смешанная с новой порцией неловкости.

Мое лицо погрузилось в её распущенные волосы у изголовья. От них пахло чем-то невероятно вкусным и дорогим — цветами, которых нет в природе, и чистотой, недоступной обычным людям. Запах был пьянящим и странно успокаивающим. Моя рука, которой я её обнимал, лежала у неё на животе. Её халатик в этом месте был расстёгнут, и моипальцы касались голой, тёплой, шелковистой кожи её животика. Она вздрогнула от прикосновения, но не убрала мою руку. Мы лежали так, в этой странной, вынужденной и в то же время внезапно интимной позе, слушая, как бьётся сначала одно сердце, потом другое, и пытаясь понять, что же будет дальше в этой общей, но такой одинокой постели.

Тишина в комнате была густой, нарушаемой только нашим дыханием и далёким шорохом ветра за окном. Запах её волос, тепло её кожи под моей ладонью, её тело, прижатое к моему… Всё это создавало странное, почти гипнотическое ощущение близости, в которой барьеры начинали казаться искусственными. Я наклонил голову и мягко, почти неслышно, прикоснулся губами к её обнажённому плечу, там, где спал халат. Кожа была невероятно гладкой и прохладной.