Книга Курс 1. Ноябрь, страница 22 – Гарри Фокс

Он сделал паузу, давя на меня тяжестью своеговзгляда.

— Конечно, лично я не одобряю ни твой выбор, ни твои методы. Но, как ни странно… госпожа Евлена, похоже, прониклась к нему симпатией. Или, по крайней мере, сочла полезным. Это единственная причина, по которой он сейчас сидит за этим столом, а не кормит ворон где-нибудь в придорожной канаве.

— Я не принц, — попытался я вставить яснее, но Каин уже отвёл взгляд, как будто мои слова были пустым местом, а Лана целиком погрузилась в яростное ковыряние вилкой в мясе.

И тут я заметил Малину. Пока мы говорили, она не притронулась ни к одному блюду. Её тарелка была безупречно чиста. Она сидела, откинувшись на спинку стула, её бледные пальцы были сложены перед собой. Но её взгляд… её алые глаза были прикованы ко мне. Не к отцу, не к сестре, а ко мне. Она изучала моё лицо, мою реакцию на слова Каина, с холодным, безразличным любопытством энтомолога, наблюдающего за букашкой в банке. В её взгляде не было ни поддержки, ни осуждения. Только это странное, всепоглощающее внимание, от которого по спине пробежал ещё один, отдельный холодок — куда более неприятный, чем ледяная вежливость хозяина дома.

Остаток ужина прошёл в гробовом, звонком молчании, нарушаемом лишь стуком приборов. Лана сидела, напряжённая как струна, Каин — невозмутимый и холодный, как ледник. Я ковырялся в еде, чувствуя себя непрошеным призраком за столом живых. Малина не ела и не пила, её пристальный взгляд время от времени возвращался ко мне, будто она пыталась разгадать сложную головоломку.

Наконец, Каин отодвинул стул. Его движение было тихим.

— Лана. Мой кабинет. Сейчас.

Он не взглянул ни на меня, ни на Малину. Лана, бросив на меня быстрый, тревожный взгляд, послушно встала и последовала за отцом, оставив нас двоих в огромной, пугающей столовой.

Тишина после их ухода стала ещё гуще, плотнее. Малина поднялась со своего места беззвучно, как тень.

— Пойдём, — сказала она плоским голосом и вышла, не оборачиваясь.

Я поплёлся за ней по бесконечным, слабо освещённым коридорам, пока она не распахнула дверь в небольшую гостевую комнату. Не будуар, не библиотеку, а именно что комнату для ожидания — с парой кресел, камином, в котором тлели угли, и маленьким столиком с единственной книгой в кожаном переплёте. Всё здесь было функционально, лишено украшений и дышало временным пристанищем.

Малина устроилась в кресло напротив, уставившись на меня тем же неотрывным, аналитическим взглядом. Минуту, другую. Становилось не по себе.

— Что такое? — не выдержал я наконец.

— Ничего, — ответила она, даже не моргнув.

Чтобы разрядить атмосферу или просто отвести глаза, я потянулся к книге на столике. Старинный фолиант, потрёпанный, с пожелтевшими страницами. Я открыл его наугад, чтобы сделать вид, что читаю.

— Ты знаешь язык эндэров? — её голос прозвучал тихо, но в нём впервые за вечер пробилась живая нота — чистое изумление.

— Чего? — я оторвался от страницы и посмотрел на текст внимательнее. Да, буквы были странными, угловатыми, ничего общего с обычным языком Империи. Но… я понимал их. Слова сами складывались в смыслы в голове, будто я всегда знал этот язык. Лёгкое головокружение охватило меня. Очередной сюрприз моей «одарённости»?

— Видимо, коли читаю, — пожал я плечами, стараясь говорить небрежно.