Онлайн книга «Дочь врага. Невинность в расплату»
|
— Что ты делал? — Связался с плохой компанией будет неправильно сказано, — произносит он с усмешкой. — Я собрал около себя таких же отчаянных, озлобленных на жизнь пацанов, которые за хорошую жизнь, готовы были грызть глотки. Я собрал свою банду. В то время законом была улица. Мы творили, что хотели. Все ради денег. Грабежи, беспредел, торговля запрещённым. Мы отлично поднимались. Кто-то сейчас даже занимает высокий пост. Мы выбивались из грязи. Не сложно догадаться, что именно такой и была его жизнь. Он делал это из-за отчаяния, чтобы обеспечить себя и сестру. Я не могу его осуждать, это его выбор. — А мой отец? Он из обеспеченной семьи. Как же они подружились? И главное, как же стали врагами… — Все верно. Однажды я спас ему жизнь. Мы были молодыми, вместе пили в одном баре, я только начинал свою разбойную жизнь. Твоего отца ограбили за баром, чуть не зарезали, я этому не позволил случиться. Он тогда был под чем-то попросил не везти в больницу, а проводить до дома, — рассказывает он то, что я так давно желала узнать. — Так я познакомился с твоей бабкой, которая хоть и была стервой, но узнав о нашей с сестрой судьбе, взяла на нас опеку и позволила жить в одном из своих домов. Ого! Вот этого я не ожидала. Это не похоже на мою уже умершую бабушку. Она никогда не была ко мне добра. Ей было на меня все равно, это я хорошо помню. — Я этого не знала, отец не рассказывал… — Конечно не рассказывал. Этот урод бегал за моей сестрой как ненормальный, выслеживал ее, запрещал с кем-либо встречаться, хотя у самого уже была жена. Олеся любила его и о многом мне не рассказывала. Она была такой несчастной, но я не придавал этому значения, — говорит он сквозь зубы, проводя пальцами по ее фотографии. — Прости меня, родная… Как же ему тяжело… Я уже не могу сдерживать слез, потому что поминаю, что у неё была тяжелая судьба и ужасный конец, если она здесь. Такая красивая и молодая… — Что было дальше? — спрашиваю я, уже дрожащим голосом. — Я догадывался, что у них все же что-то есть много лет, но не знал наверняка. Они хорошо это пытались скрывать. Она просила не лезть в их отношения. А я продолжал с ним общаться, приходить к вам домой, играть с тобой, есть с вами за одним столом. Я считал вас своей семьей, пока… — Пока, что? Господи, что же могло произойти?! — Пока мой друг Давид, не откопал одну видеозапись… — уже рычит он. — Твой отец хватался, показывая всем свою игрушку. У меня просто нет слов. Отец не мог так поступить с той, которую любил. Или же она и правда была для него лишь развлечением. Он был с ней, а после возвращался домой к моей матери. Это отвратительно. — Что на ней было? Правда куда страшней, чем я думала. — Подвал, наручники, моя избитая, изнасилованная сестра. Он любил над ней издеваться, а она молчала! Я даже не представляю сколько лет это длилось! Пришёл к ней, чтобы выяснить, что между ними происходит, но я не успел, — срывается он на крик и падает перед могилой на колени. — Прости меня, Олеся, я должен был приехать на день раньше… Моя родная… Он прислоняется лбом к кресту и его тело начинает дрожать. Такой большой, опасный мужчина начинает плакать и у меня тоже в этот момент все внутри сжимается, даже дышать становится тяжелее. — Что ты обнаружил? — спрашиваю тихо, когда он немного успокаивается. |