Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 132 – Слава Доронина

Кожу жжёт, я наспех стягиваю джинсы, оставаясь в трусах, и от такой боли как-тоне до стеснения. Бросаю их на стул и иду за халатом. Накидываю на себя.

— Сейчас медсестре позвоню, пусть обработает ногу, — нажимает кнопку.

Да что за день дурацкий…

Медсестра просит пройти в перевязочную, чтобы там обработать ожог. Возвращаюсь, с лейкопластырем и таблеткой обезболивающего внутри, без настроения.

Которое немного улучшается, когда появляется Демьян. По дороге домой я рассказываю, что хотела вчера приготовить ужин и сделать ему приятно, но случилась эта нелепица. А сегодня вот новые обстоятельства и все будто по нарастающей.

— Хм, ужин? Давай вместе сделаем. И спать пораньше ляжем, — берет мою руку и слегка сжимает. А на долгом светофоре притягивает к себе и впивается в мой рот. Несмотря на то, что я и впрямь часто задумываюсь о разнице в возрасте между нами, о пропасти в социальном статусе, но стоит оказаться в его объятиях — всё это становится не нужным, не важным. Только то, что происходит между нами. Похоже, я безнадёжно им отравлена, поглощена и бесконечно влюблена. И в такие моменты и впрямь хочется не дышать, чтобы не потерять частички воздуха, пропитанные им, этими поцелуями, его прикосновениями.

Зайдя в квартиру и побросав пакеты в прихожей, Демьян подхватывает меня и несёт в спальню. Ставит у кровати, зарывается пятерней в волосы, тянет к себе, проводит языком по челюсти, а потом жадно целует.

Отрывается, чтобы скинуть с себя одежду и избавить от неё меня. Опускается на колени, целует живот и замечает ожог на бедре. Поднимает голову.

— Тот самый, в машине рассказывала. Стёпа случайно пролила.

Обцеловывает кожу рядом, нежно, вызывая шквал эмоций и табун мурашек. Касается ладонью между ног. Скользит пальцем между влажных складок, вызывая дрожь и трепет, сильнейшую потребность, чтобы вместо пальцев оказались его губы или член.

— Демьян… — стону, потому что он всё же касается меня там губами, ласково посасывает место, где сосредоточено сейчас всё возбуждение, а потом, поднявшись, опрокидывает на матрас и исполняет желание, заполнив меня всю целиком одним мощным толчком.

Я выгибаюсь под ним дугой, царапаю ногтями простыни. Тянусь к спине Демьяна, но он перехватывает мои руки и заводит их за голову, и теперь входит с оттяжкой, сильно. Трахает в уверенном ритме, доводя до экстаза и сужая мой словарный запас доматного минимума, даря нереальное ощущение кайфа.

Я дрожу, как больная, когда захлестывает волной оргазма. Тело не слушается и будто вовсе не мне принадлежит в эту минуту, а мужчине, который тоже кончает и падает сверху, прижимая собой к матрасу.

И эти ощущения с ним — они ярче, чем вся моя жизнь до него.

Демьян перекатывается на спину, я поворачиваю голову и смотрю на него. Он такой красивый, мужественный, мой. И с этой пробивающейся щетиной… С ней выглядит старше, но ему безумно идет.

— Ты сейчас уснешь? — веду ноготком по его плечу.

— Только после ужина. Есть хочу.

После секса с ним обычно хочется полежать, но от упоминания еды живот предательски урчит.

— Тогда я в душ, и с меня вкусный ужин, — прижимаюсь губами к его шее, и по новой захлестывает нежными чувствами. Господи, когда я успела в него так влюбиться?

— Я помогу.

Через пятнадцать минут на сковороде уже готовятся отбивные, а Демьян нарезает салат. И мне так хорошо с ним, будто не было сегодняшнего тяжелого разговора, вчерашнего нападения и этого ужасного состояния.