Книга Клянусь, ты моя, страница 116 – Юлианна Орлова

— Я хотел сам. Я немаленький. Что за мужик, который при первой же трудности бежит к папке с мамкой? А когда пришел, ты меня шпыняешь туда-сюда. Вечером не вечером, завтра не завтра…

Батя взрывается пуще прежнего, краснеет, бьет по столу кулаком.

— Влад! Ты еще ребенок, хоть и мужчина. Пойми это, сопляк же! Откуда у тебя ресурсы для решения таких проблем? Ты в своем возрасте баб трахать должен и гонять на дорогих тачках, универ прогуливать, как это делают все нормальные пацаны в твоем возрасте. Я тебя за это ругал, правда, но не считал это чем-то из ряда вон выходящим. Сам таким был, пока мать твою не встретил… А насчет шпыняешь. В лоб говори и сразу. Тебя я не шпынял, просто ты сам, блять, видел, что случилось за эти пару дней. И еще больше случится дальше! Это не конец! В ЛОБ ВСЕ ПРОБЛЕМЫ И СРАЗУ. Ты от этого мужиком быть не перестанешь! Вот встанешь на ноги, тогда и решай сам все. Когда зарабатывать будешь примерно хотя бы как я.

Влад

Разговор выходит тяжелым, напряженным. Оба вспылили, оба отходим, как говорится. Мне по факту много чего бате высказать хочется, я и делаю, наплевав на то, что вроде как к общему знаменателю почти пришли. Близки к нему.

— Ты ошибку совершаешь, бать, — бурчу, кулаками упираясь в стол.

Тут не надо быть и семи пядей во лбу, чтобы понимать простых вещей: предавший однажды, предаст снова. Если Светка этого не понимает, то надо ей объяснить детально, а Женю отодвинуть ногами как можно дальше.

Отец отбирает у меня остатки спиртного и тянет к губам, жадно отпивает, морщится и кладет уже пустую бутылку на пол. Вот это я выдудлил, конечно.

Конечно, в глазах двоится.

— Я не буду больше принуждать свою дочь сделать тот выбор, который мне по душе. Будут у тебя свои дети, поймешь. Сначала ты бережешь принцессу, а потом она у тебя на глазах высыхает от боли, а глаза превращаются в бездну. Мне это не надо. Любит его, пусть живут. Сами разбираются, у нас с ним все решено. Предупреждение вынесено. Второго шанса лично я ему не дам, — по ожесточенному лицу бати понятно, что так просто он на это все не согласился, но меня все равно от злости ломает. Да какого черта, в конце концов?

Он ей не пара, и мизинца не стоит! Вообще не понимаю, как такое возможно. Под сраку лет мужику, а на молодух все тянет. И ладно бы просто на молодуху, так это же моя сестра! За которую я готов убивать буквально и фигурально.

Как минимум, вмазать по роже еще несколько раз — это я с удовольствием.

Про своих детей это он загнул. Я своих буду охранять днем и ночью и ни за что не допущу ситуацию, где к моей дочери какой-то старый хрен липнет.

— И ты не лезь. У тебя есть свои вопросы, вот ими и занимайся. Мы поможем. Такую сумму сразу я не сниму, надо с депозита оформлять, но в течение пары дней все решим. И надо бы стараться быстрее, конечно, потому что не уверен, что эта авария — единственная наша проблема.

— Ты о чем?

— Я о том, что девочек надо отсюда высылать, и тебя в идеале тоже. Я не хочу думать, что вам может быть нанесен вред.

Да сейчас! Бегу и падаю!

— Бать, я пока вопросы свои не закрою, никуда уезжать не собираюсь. Только, когда деньги на операцию будут полностью найдены. Да и вообще. Что я? Принцесса на горошине, млять? Ну ктомне что сделает? Зубы обломаются.