Книга Герцогиня-дуэлянтка, страница 127 – Минерва Спенсер

– Бланшар был значительно старше Сесиль, к тому же женат. Несмотря на то что она воспринимала его как кузена, из-за разницы в возрасте они смотрелись скорее как дядя и племянница. Не забывай, что она поселилась в его доме, когда ей было всего четырнадцать…

Гаю стало дурно при мысли о четырнадцатилетней девочке, оказавшейся во власти бессовестного эксплуататора. Ведь только такой, как он, мог украсть принадлежавшую ей идею.

– А что ты думаешь обо всем этом? – спросил Гай, хотя и не был уверен, что желает знать ответ.

– Я думаю, тебе нужно рассказать о своих планах Сесиль и задать все эти вопросы ей.

– Ты права: я поговорю с ней, обещаю. – Судя по ошеломленному выражению лица Блейд, его ответ ее удивил. – Я просто хотел… что-то ей дать. – Гай посмотрел на сверток, который держал в руках. – Я изучу договор. Посмотрим, есть ли в нем какие-то подводные камни. Мне известно, что существуют способы расторжения контракта, но я никогда не имел дела с чем-то подобным.

– Контракты с несовершеннолетними не имеют силы, – предположила Блейд.

Гай хотел уже поинтересоваться, сколько лет было Сесиль, когда она поставила свою подпись, когда в переулок влетел Ангус. Ворон сбавил скорость, на мгновение завис над хозяйкой, а потом приземлился на плечо.

Гай поморщился:

– Неужели тебе не больно?

Но Блейд, казалось, его не услышала: взгляд ее стал задумчивым.

– Что такое? – встревожился Гай.

– Дела Бланшара пошли в гору сразу после того, как он зарегистрировал патент и продал Гатри. Именно по этой причине компания Гатри сумела заполучить первый из крупных государственных контрактов.

– Думаешь, эти двое сговорились обмануть Сесиль?

– Не знаю, но постараюсь выяснить подробности.

– Хорошая идея, – кивнул Гай, – если только это не означает, что ты… э-э… сунешь нос в его дела или заберешься к нему в дом.

– Чем меньше ты будешь знать, тем лучше.

Гай хотел было возразить, но потом счел, что Блейд, вероятно, права.

– Ты разузнала что-нибудь о Бэрри?

– Не о Бэрри, а о ребенке. Он твоему кузену не сын.

Рот Гая открылся помимо его воли, но во время разговоров с Блейд это происходило постоянно.

– Но как… что…

– Ты когда-нибудь встречал того, кто исполняет при нем роль личного слуги?

Гаю пришлось напрячь память, но, к своему стыду, он вынужден был признать, что редко обращал внимание на слуг.

– Его трудно забыть. У него на глазу повязка.

– Ах да, я действительно его видел. Значит, он камердинер Бэрри?

– Формально – да, но он также отвечает за конюшни, и слуги, кажется, очень его боятся. Даже дворецкий.

– Ходж его боится? – Изумлению Гая не было предела.

Блейд кивнула.

– Боже милостивый! Я сам испытывал перед Ходжем благоговейный трепет. До службы у меня он был дворецким моего деда, и мне кажется, даже он его немного побаивался. – Гай фыркнул. – Господи, этот человек… как, ты сказала, его зовут?

– Джон Нортон.

– Должно быть, он ужасен. – Гай нахмурился. – Но какое отношение это имеет к сыну Бэрри? Кажется, его зовут Алан?

– Да. Только вот Алан – сын Нортона, а не твоего кузена.

У Гая закружилась голова.

– Но я не понимаю: зачем нужно было… – С его губ вдруг слетел невеселый смешок. – Он собирается использовать это, чтобы превратить неотчуждаемую собственность в отчуждаемую.

Это не был вопрос, но Блейд кивнула.

– Наследник должен достигнуть совершеннолетия, прежде чем сможет дать свое согласие на подобные изменения, – добавил Гай и спросил скорее себя, чем Блейд: – Но кто станет возражать, если они не дождутся совершеннолетия?